– Да нет у тебя никакого перелома. Приподнятое положение, лед – я прослежу, чтобы ты не забывала, – и ты у меня вмиг поправишься.
Мое сердце все продолжало бешено стучать от этих новостей и от того, что меня чуть не поймали с поличным.
Да как он посмел быть таким добреньким и заботливым, да еще провести всю ночь в зале ожидания? Мы с ним не встречаемся. Мы даже не друзья, что бы он там ни говорил.
А что, если бы он зашел попрощаться и чуть задержался? Оказал бы мне такую медвежью услугу!
Если бы Вивиан увидела Мейсона, моей карьере, в которую я вложила столько сил, пришел бы конец.
Я этого не допущу! Ни в коем случае.
Наставница говорила, что я не должна снабжать Ассоциацию оружием против себя. Мейсон Бекет был не просто оружием, а настоящей ядерной боеголовкой, способной взорвать всю мою жизнь.
Последние несколько дней по совету Сьерры я отдыхала. Читала, проводила сеансы онлайн и занималась учебой. На самом деле было даже приятно отгородиться на время от остального мира.
Я думала, Мейсон мне напишет или хотя бы позвонит, но нет.
В воскресенье вечером ко мне зашла Сьерра.
– Стараюсь держать ногу в приподнятом положении, – сказала я.
Она постоянно заглядывала узнать, как у меня дела. Вообще-то чувствовала я себя хорошо и ходила без проблем, правда, о последнем я решила ей пока не сообщать.
– Мне уже лучше.
– Замечательно. Уверена, завтра ты сможешь вернуться к очным приемам.
– Я тоже так думаю, – согласилась я.
– Угадай, кто придет к обеду.
– Сидни Пуатье[3]?
Она в недоумении на меня посмотрела.
– Не поняла.
– Ну так погугли! Это смешная шутка!
– Если для того, чтобы понять шутку, мне придется гуглить, не такая она и смешная.
– Полагаю, ответ на твою загадку – бабуля?
Она приходила к нам каждое воскресенье, я ее просто обожала.
– Не-а. Попробуй еще раз.
– Так кто? – с подозрением спросила я, потому что ситуация становилась все страннее.
– Хизер и Мейсон.
Я вскочила от волнения.
– Скажи маме, что я себя плохо чувствую.
– Вот уж не собираюсь ей врать, особенно когда ты запросто стоишь посреди комнаты и твоя лодыжка совершенно здорова.
Я покашляла.
– Кажется, начинаю заболевать.
– Не забывай, что я вообще-то медсестра. Думаешь, я не знаю, как звучит настоящий кашель? Ты же понимаешь, что мама придет и все равно заставит тебя спуститься к гостям? Я лишь хотела предупредить, чтобы у тебя было время морально подготовиться. Ты ведь не собираешься ругаться с ним перед мамой и Хизер? Их это очень расстроит.
Она права: расстроит.
– Мне надо переодеться, – сказала я, бросаясь к шкафу. Во время болезни я рассекала в пижаме и домашней одежде, что обычно мне совершенно не свойственно, поэтому папа уже трижды путал меня со Сьеррой.
– Зачем? – спросила она, плюхнулась на кровать и взяла в руки фэнтези, которое я читала. – Он же тебе не нравится.
– Ну… чтобы хорошо выглядеть.
Не знаю, как объяснить, но я не хотела выходить к нему в таком виде. Я начала перебирать одежду в поисках чего-нибудь подходящего.
– Ищешь броню покрепче? – спросила сестра.
Я быстренько переоделась, так как не знала, сколько у меня времени. Подойдя к зеркалу, я собрала волосы, чтобы сделать французский узел, как вдруг раздался голос Мейсона.
– Тук-тук.
Он уже стоял на пороге с букетом цветов. Затылок и шею начало покалывать, словно раскаленными иголками.
– Кто там? – игриво ответила Сьерра.
Он покачал головой.
– У меня не заготовлена шутка на этот случай.
– Даже отсутствие шутки смешнее, чем шутка Саванны. Я спросила: «Угадай, кто придет к обеду?», а она мне: «Сидни Пуатье».
Мейсон рассмеялся.
Я прижала ладонь к животу. Раньше мы частенько пересматривали старые фильмы вместе, особенно те, что он смотрел с дедушкой, когда тот был еще жив. Разумеется, Мейсон понял мою шутку.
Сьерра бросила на меня очень красноречивый взгляд, который так и кричал, какая мы прекрасная пара, а затем встала с кровати.
– Пойду посмотрю, не нужно ли чем помочь маме.
Я хотела попросить ее посидеть с нами, чтобы не оставаться в спальне наедине с Мейсоном Бекетом.
Уходя, Сьерра улыбнулась ему, а тот вошел в комнату. Хотя я его не приглашала!
– Как дела, Синклер? Все решетки облазила?
Ну никакого чувства юмора, что бы там ни говорила сестра. Я одарила его недовольным взглядом, однако он не понял намека. Вместо этого он осмотрелся по сторонам, изучая комнату.
– А здесь ничего не изменилось.
Я не ответила, потому что от близости Мейсона у меня перехватило дыхание. Думать я могла лишь о том, как опозорилась, когда мы в прошлый раз оставались вдвоем. Затем я напомнила себе: если нас увидят вместе, с работой можно попрощаться, – и призвала на помощь всю свою ненависть к нему.
Ненависть нужна, чтобы держать его на расстоянии, но главное – чтобы держать на расстоянии меня.
Потому что, как бы мне ни хотелось обвинить во всем алкоголь, я по-прежнему мечтала поцеловать Мейсона.
Безумие какое-то.
