Мейсон тоже убеждал меня простить Бриджит по тем же причинам, что и Сьерра: он думал, будет лучше оставить эти переживания в прошлом. Его слова много для меня значили, ведь он в полной мере испытал на себе мой незаслуженный гнев. Я, конечно, очень сопротивлялась такому личностному росту, но, по крайней мере, была готова попробовать.
Я доверяла Мейсону все больше, и мне становилось проще сосредоточиться на своих чувствах. Это нельзя было назвать влюбленностью, ведь на самом деле я и не переставала его любить. Мои чувства – словно книга, которую я когда-то читала и забыла. Мы просто открыли ее на закладке и продолжили с того места, где остановились.
Камилла наконец-то вернулась, и мы условились встретиться за обедом. Едва она пришла, я тут же выложила ей все про Мейсона, Бриджит и другие события последних дней.
Она внимательно слушала, иногда что-нибудь спрашивала, но прежде всего давала мне выговориться. Я рассказала о том, что Вивиан и мистер Франклин – родственники, и о своих переживаниях, что кто-нибудь увидит нас с Мейсоном.
– Я помню твои предостережения: нужно быть очень осторожной и не давать им в руки оружие, но… – Я так ни разу не произнесла это вслух, даже наедине с собой. Может, если я скажу Камилле, мне будет чуть проще? – Я люблю его.
– У вас были другие сеансы? – спросила она.
– Нет.
– Было ли в твоем поведении во время работы что-нибудь неподобающее?
– Ну пару раз я думала воткнуть в него нож, но мне удалось сдержать эти порывы, – призналась я.
Она улыбнулась.
– Мысли не считаются, только слова и поступки. Делала ли ты что-нибудь такое, что Ассоциация может назвать неподобающим?
– Думаю, нет.
– А еще, говоришь, он тебе так и не заплатил? Денежный вопрос – это серьезно.
Разве что мы перейдем на оплату натурой – уж поцелуями он мне сполна компенсировал.
– Не заплатил. Он проводил исследование для статьи.
Когда Камилла задавала вопросы, все казалось предельно очевидным. Я цеплялась за то, что он «клиент», чтобы не смотреть в глаза фактам: меня просто очень к нему тянуло, и хотелось проводить с ним побольше времени.
Теперь я это признавала, и одной потенциальной проблемой стало меньше.
– Значит, Мейсон – не клиент, и ты не нарушила профессиональную этику. А если мистер Франклин с этим не согласен, мы ему все объясним. Ты помогала журналисту с исследованием для статьи. Как думаешь, Мейсон подтвердит это, если понадобится?
Я была уверена, что Мейсон и чечетку на столе станцует, если его попросить.
– Да, он придет и скажет, как все на самом деле.
Мейсон оказался прав: он мне не клиент, а значит, последнее препятствие между нами пало. У меня не было причин скрывать, что я его люблю.
Эта мысль меня больше не страшила: я была готова отдать ему свое сердце и знала, что с ним оно в надежных руках.
– Забавно! Не испугайся я, что он впал во внушаемое состояние и я должна предостеречь его от плохих решений – ничего этого бы не случилось.
Камилла недоуменно на меня посмотрела.
– Но ему и так ничего не грозило. Как только он проснулся, с ним все было в порядке. Вовсе не обязательно было ходить за ним по пятам.
Ой.
Хорошо, что тогда я этого не знала. Я сидела и думала, как бы все сложилось, если бы знала, и Камилла спросила:
– А как у тебя с Бриджит?
– Ее признание меня потрясло. С того момента мы с ней не разговаривали. Она извинилась и публично взяла на себя всю ответственность, а еще выдвинула против учителя обвинения, и к ней присоединились другие девушки, с которыми произошла похожая история.
Если бы меня попросили, я бы с превеликим удовольствием дала показания.
– Хорошо. Я рада, что она старается обрести покой и разобраться со своим прошлым. Ты же знаешь, что я думаю о полном прощении.
Конечно, знаю. За последние годы у нас было много разговоров о нем, особенно когда речь заходила про Мейсона.
Это заставило меня задуматься о том, какие отношения были у нас с Мейсоном сейчас и чего мы хотели.
У меня появилась идея, и я написала Мейсону, предложив встретиться вечером у нас дома. Он спросил:
Тайное свидание? Хочешь, чтобы я залез в окно?
Нет, воспользуйся дверью.
Приведя свой план в действие, я поинтересовалась у Камиллы, как прошла поездка. У моей наставницы уже были заготовлены фотографии на такой случай, Перу – красивейшее место. Я всегда восхищалась Камиллой, брала с нее пример, хотела быть на нее похожей. Она придерживалась комплексного подхода к психотерапии, так что конференция, на которую она ездила, казалась мне довольно необычной. Думаю, мне бы там не понравилось.
Хотела ли я стать психотерапевтом? Я всегда стремилась помогать людям, как моя сестра. Но сейчас благодаря гипнозу у меня в любом случае появилась такая возможность. И мне совершенно не обязательно быть для этого лицензированным психотерапевтом, моя помощь не станет от этого более эффективной.
