Если я хочу получить диплом только потому, что меня беспокоит реакция других людей на выбранную мной профессию, значит, я позволяю своим страхам контролировать мою жизнь. Проводя сеанс гипноза, я искала глубинную причину, мешавшую клиентам достигать целей, а все это время моя глубинная причина была у меня перед носом.
И Мейсон мне на нее указал, хотя я ни за что не признаю, что он прав, иначе он станет совершенно невыносим. Однако я действительно слишком сильно переживала о том, что подумают другие. Это началось еще в старших классах после слухов про мистера Лэндри и так и не отпускало меня все эти годы. Меня бесило, что люди посмеиваются над моей работой, поэтому я решила стать психотерапевтом: не только из-за того, что им была Камилла, но и потому, что хотела серьезного к себе отношения. Я потратила столько времени и денег лишь для того, чтобы добиться признания у воображаемой публики, но стоило ли оно того?
Нужно подумать.
Эти мысли не покидали меня до самого вечера. Вернувшись домой, я потратила много времени на приготовления: хотелось, чтобы все прошло идеально.
Я ждала у двери, поэтому сама открыла Мейсону.
Тот, увидев меня, тихонько присвистнул.
– Выглядишь сногсшибательно. У такой красотки непременно должен быть парень.
– Ну, если кто-нибудь попросит меня стать его девушкой, я, может, и подумаю.
Я взяла Мейсона за руку и повела в столовую.
Сегодня клуб шитья собирался у нас, поэтому Хизер, мама и все крупные поставщики сплетен Плайя-Пласида были тут как тут. Папа читал в гостиной, Сьерра готовила перекус на кухне.
Увидев собравшихся, Мейсон насторожился.
– Синклер, что…
Но я не дала ему закончить фразу, поцеловав на виду у всех.
Первой отреагировала Хизер: радостно вскрикнув, побежала нас обнимать. Мама осталась сидеть, и ее тут же засыпали вопросами, ответов на которые она не знала, но улыбалась она при этом так широко, что рот того и гляди порвется. Папа посмотрел на нас поверх книги, покачал головой и продолжил чтение.
– Ну наконец-то, – только и сказала Сьерра и пошла в свою комнату.
– Это значит то, что я думаю? – спросила Хизер, перестав нас обнимать.
– Синклер теперь моя девушка, – заявил Мейсон, держа меня за руку.
– Ну вообще-то ты так и не спросил, хочу ли я ей стать. Но да, мы встречаемся.
– Я так рада! – воскликнула Хизер и снова бросилась обнимать нас. Затем она пошла к маме и обняла ее тоже.
– Ты ведь понимаешь, что они уже планируют свадьбу? – спросил Мейсон.
Я пожала плечами. Они ждали этого двадцать четыре года, с самого нашего рождения – пусть порадуются.
– Что тебя к этому подтолкнуло? – спросил он, целуя мне руку.
Он постоянно находил способ обнять или прикоснуться, напоминая, что он здесь, со мной, и готов оказать любую поддержку – и это качество я в нем просто обожала.
– Я сегодня поговорила со своей наставницей Камиллой, и мы разобрали всю ситуацию.
Он ухмыльнулся.
– Значит, теперь можно не скрываться?
– Ты меня так и не спросил! – напомнила я.
Мейсон обнял меня обеими руками за талию.
– Синклер, станешь ли ты моей? Зная, что я и так в тебя влюблен?
Мне нестерпимо захотелось поделиться с ним моими чувствами, но я этого не сделала. Я не хочу, чтобы мое первое признание Мейсону в любви произошло в комнате, полной не в меру радостных мамаш, которые следят за каждым нашим шагом.
– Только твоей? Я подумаю, – сказала я.
– Это все, о чем я прошу, – ответил Мейсон и нежно меня поцеловал.
Идеально.
Но ничто идеальное не вечно.
– Мама собирается к сестре в Орландо, – сообщил Мейсон, когда мы созванивались с ним через неделю после нашего официального явления миру.
– В гости?
– Ага. Останусь дома один, совсем один.
– Ужасно, – прокомментировала я.
– Ну в общем я подумал, может, заглянешь часиков в семь? Я бы ужин приготовил. Что скажешь?
Я бы сказала, что меня от такого и целая армия не удержит, потому что я-то понимала, к чему он клонит. Романтический ужин, во время которого нам никто не сможет помешать. Я признаюсь ему в любви, а там уж посмотрим, насколько у него хватит сил не спешить.
– Я принесу что-нибудь на десерт, – сказала я.
Последовала долгая пауза. Жаль, что я не видела его лица и не могла оценить реакцию.
– Если ты о том, о чем я подумал, то ты, скорее, соленая, чем сладкая.
– Ну ты же любишь соленые десерты.
– Еще как. Может, зайдешь прямо сейчас?
Я рассмеялась и сказала:
– Увидимся в семь.
– Не опаздывай, Синклер, – проворчал он, как будто уже не в силах был ждать.
– Я никогда не опаздываю, – напомнила я и попрощалась.
В этот раз я надела красивое белье из одного комплекта.
Я доехала до дома Мейсона, но не успела даже постучать, как он распахнул передо мной дверь и жадно поцеловал, отчего у меня закружилась голова и перехватило дыхание.
– А ужинать нам обязательно? – спросила я.
– Ну я так старался, – сказал он. – Ожидание лишь делает десерт слаще. К тому же я хочу тебе кое-что показать.
– Я так и поняла. Поэтому и пришла.
Он рассмеялся и провел меня в гостиную. На столике стоял ноутбук.
– Присаживайся.
– Надеюсь, я не увижу ничего ужасного? – спросила я, осторожно садясь за стол.
