Тем не менее, если допустить, что упоминания о сглазе являются свидетельствами существования гипнотизма в средние века, то в поддержку этого допущения можно подобрать замечательные тексты. Здесь в хронологическом порядке приведены ссылки на самые важные источники. Лучше всего подходит произведение некоего Теофилуса «Краткое изложение разнообразных искусств», цитируемое в энциклопедии ХIII века «Свет души» («Lumen animae»). В нем сообщается, как трудно бывает разбудить тех, кого ввели в сон чародеи или воры. Автор вовсе не имеет в виду действие снотворных препаратов; он принимает как должное то, что некоторые неразборчивые в средствах люди могут заставить и заставляют других заснуть. Это, в известном смысле, очень похоже на гипноз, хотя подробности теории (если таковая имелась) и практики потеряны.

В свете утверждений Теофилуса, все остальное еще больше начинает напоминать гипноз. Уже знакомый нам Николас Орезм описывал (Quodlibeta 2 и 44), как с помощью заговоров можно заставить людей бить самих себя или снять с лошади ярмо и впрячься в него. Это описание поражает своим сходством с современными рассказами о нелепостях, творимых загипнотизированными людьми. Однако Орезм честно добавляет, что лично он никогда не видел, как маги проделывают с людьми такие вещи.

Другое свидетельство принадлежит пармскому философу Джорджио Ансельми, жившему в середине пятнадцатого века. В своей «Астрономии» он проводит тщательное различие:

Haustus сильнее, чем чародейство. Это феномен, когда человек вследствие заговоров, чар или заклинаний до такой степени отрешается от всего, что ничего до него не доходит, как если бы он разучился ощущать, стал тупым и безумным; целыми днями он выглядит отсутствующим, как будто у него иссякли все физические и духовные силы.

Данный отрывок чрезвычайно интересен. В другом месте своего произведения Ансельми соотносит haustus с чародейством, но уточняет, что для наложения чар нужны только глаза, в то время как при haustus используется еще и речь. Мог ли практикующий haustus применять ритмическую речь, как многие современные гипнотизеры? К сожалению, о haustus как об отдельной методике более ничего не говорится, и мы не знаем даже, должен ли был субъект присутствовать при произнесении оператором заклинаний. Слово haustus не дает никаких дополнительных намеков; дословно оно означает «вытягивание» или «истощение». Таким образом, для Ансельми важнее всего то, что жертва впадает в зомбиподобное состояние и силы покидают ее.

Для Средневековья был характерен еще и такой феномен: для увеселения публики маги вызывали в воображении воздушные замки и прочее. Велик соблазн приписать его массовому гипнозу или повальному увлечению специфическими местными грибами, однако на наше счастье сохранились заклинания для создания подобного рода вещей (недавно опубликованные историком Ричардом Кикхефером в книге «Запрещенные ритуалы: пособие для колдуна пятнадцатого столетия»), показывающие непричастность к этому гипноза. Оператору, по-видимому, не требовалось никакого особенного контакта с публикой, он трудился сам по себе, в одиночку старательно создавая эту иллюзию.

<p>Заключение</p>

Вот, к сожалению, и все свидетельства «древности» гипноза, хотя здесь приведен гораздо более подробный обзор, чем в большинстве аналогичных книг. Пожалуй, можно с уверенностью утверждать, что феномен, называемый нами гипнозом, был известен в средние века, а вот во времена античности — вряд ли. Однако даже средневековые источники скупы и труднодоступны. Недостаточность информации, возможно, объясняется тем, что специальных исследований по данному вопросу не проводилось, не было и отточенной методики, люди случайно натыкались на способы введения других людей в транс.

Перейти на страницу:

Похожие книги