– Неплохо выглядит, – сказала Тюлинька.
– Хорошо бы, Эдвард как-нибудь к нам зашёл, – сказала бабушка. – Вот кто умеет играть!
– Надо бы собраться у вас и устроить музыкальный вечер, – предложила Тюлинька.
– Да, у нас тут теперь каждый день музыка, – сказала бабушка. – А вот, как уедут мои, без них станет тихо.
– Они уезжают уже сегодня? – спросила Тюлинька.
– Нет, сегодня уедут только рюкзаки. А сами ещё только завтра.
Пока они сидели и разговаривали, Тюлинькины чулки и башмаки высохли. Индивид отоспался и очухался. Шерсть на нём высохла, он отряхнулся и сделался чистеньким, как после купания. Да, впрочем, он и в самом дела недавно искупался.
Гюро и Тюлинька ехали в музыкальную школу. Аллан сказал, что это их последний урок перед началом каникул. На лето школа закрывается и откроется только осенью.
Гюро волновалась при мысли о том, как у неё получилась трудная пьеса. Войдя в маленькую комнату, где проходили уроки, она сначала даже испугалась, там всё было заставлено рюкзаками и чемоданами, был даже вещевой мешок, какие носят моряки, рядом стоял проигрыватель и даже лежала какая-то одежда.
– Ты тоже уезжаешь? – спросила она Аллана.
– Нет, – сказал Аллан. – Но хозяева квартиры, которую я снимаю, предупредили меня, что я должен съехать, и я даже не знаю, как мне быть. Я подумал, не поехать ли мне к родителям в деревню, но это не самый хороший выход, потому что на лето меня берут поработать в одном ресторане. Я должен играть у них каждый вечер, и для меня это было бы очень кстати, потому что мне надо бы подзаработать. И вот теперь я не знаю, на что решиться. Скажи, Гюро, ничего, если я перед тем, как начать урок, быстренько позвоню в одно место по телефону? Мне нужно созвониться по поводу газетного объявления, где сказано, что сдаётся комната.
Гюро осталась в классе одна, но, пока Аллан не пришёл, она выскочила на минутку в комнату ожидания и рассказала Тюлиньке то, что только что от него услышала. Аллан вернулся после звонка огорчённый. Он сказал:
– Опять я опоздал! Комнату уже сдали.
– Знаешь что, Аллан! – сказала Тюлинька. – Окажи нам с Андерсеном услугу! Ты можешь пожить у нас в маленькой комнате. Скоро в твоём распоряжении останется вся квартира, потому что мы с Андерсеном уезжаем на всё лето, и у тебя будет время подыскать себе новую квартиру.
– Вы и правда это предлагаете? – не поверил Аллан. – Вот это неожиданность! Может быть, вам лучше сначала посоветоваться с дедушкой Андерсеном?
– Он будет только рад, – заверила Тюлинька. – Он всё время жалел, что квартира останется на лето без присмотра. А ты сможешь поливать у нас цветы в комнате и на балконе.
– А я уж было решил, что придётся ночевать сегодня здесь, – сказал Аллан. – Как же вы меня выручили!
– После урока ты сразу поедешь с нами, – сказала Тюлинька. – Мы возьмём машину, а то у тебя столько вещей.
Гюро видела, что Аллан обрадовался:
– Ну, Гюро, давай играть, – сказал Аллан. – Начнём прямо с трудной пьесы.
Гюро сыграла, и Аллан её похвалил:
– Ты молодец, Гюро, и хорошо подготовилась к уроку. Очень многое у тебя получилось, но только слушай себя хорошенько, когда играешь, чтобы нигде не мазать.
– Мазать – это значит фальшивить, – сказала Гюро. – Это я уже знаю. Дома у меня иногда получалось лучше.
– Охотно верю тебе, – сказал Аллан. – Когда человек волнуется, смычок перестает слушаться, а пальцы левой руки начинают путать место и попадают не туда, куда надо. А теперь сыграем вдвоём.
Они сыграли, и Аллан спросил:
– Тебе нравится играть, Гюро?
– Очень!
Гюро даже не могла выразить словами, как ей это нравится и до чего вообще интересно играть на скрипке, а уж сыграть чисто – так лучше этого вообще трудно что-то придумать! Но ничего такого она не произнесла вслух, а просто сказала:
– Очень! Я пробовала сыграть ещё одну пьесу, её я ещё не совсем разучила, но она очень красивая.
Она показала Аллану в нотном альбоме пьесу, которую пробовала играть.
– Надо послушать! – сказал Аллан. – Значит, эта. Очень уж ты забегаешь вперёд, но всё равно это здорово, что ты её разучиваешь. Я тоже очень люблю эту пьесу. Она из «Нового Света» и написал её Дворжак.
Они ещё немного поиграли, и урок закончился. Сегодня Гюро не пришлось пожелать Аллану хорошо провести лето, ведь они не прощались, а вместе отправились в Тириллтопен.
– Когда ты начинаешь играть в ресторане? – спросила Тюлинька.
– Ещё только в субботу.
– Это хорошо. Надеюсь, ты согласишься потратить на нас один вечер.
– А что? – удивился Аллан. – У вас что-то на него намечено?
– Да, – сказала Тюлинька. – В лесу живёт одна бабушка, все домашние у неё сейчас уехали, и в доме с ней никого. Вот мы и решили устроить у неё музыкальный вечер.
О том, что бабушка осталась одна, было известно многим людям, потому что папа детей обзвонил всех знакомых и всем об этом сообщил. Наверное, ему очень не хотелось оставлять её в одиночестве. Эдвард и Тюлинька встретились в магазине, и Эдвард сказал:
– Почему бы не попросить Гюро и Сократа взять с собой скрипки, а мы возьмём что-нибудь вкусненькое и соберёмся как-нибудь вечерком у бабушки.
