В Москве, в 9-м направлении Главного оперативного управления Генштаба ВС СССР, которое, как уже упоминалось, должно было обеспечивать президенту возможность управления стратегическими ядерными силами в чрезвычайной обстановке, в том числе в случае массированного удара противника, потеря связи с президентским ядерным караулом никаких особых волнений не вызвала.
18 августа 1991 года после 17 часов, более точное время указать не могу, по докладу Основного центра коммутации системы, мне стало известно, что в 16 часов 32 минуты связь с дежурной сменой при Президенте СССР прекратилась. Мне сказали, что причина пока не установлена, но она выясняется.
На следующий день, то есть 19 августа, в 7 часов 45 минут мне дежурный офицер Потапов или Перегудов, точно не помню, доложил, что причиной прекращения связи является повреждение кабеля оползнем в полутора километрах от Фороса. До прихода на работу по радио я узнал, что в стране действует ГКЧП, о подготовке и создании которого мне ничего известно не было. Тогда я понял, что за «оползень» повредил кабель связи.
К тому времени связь с ядерным караулом президента отсутствовала уже более пятнадцати часов. Министр обороны СССР и член ГКЧП Язов узнал, что отключенный президентский комплект системы управления стратегическими ядерными силами до сих пор находится в Форосе, лишь утром 19 августа. Он отдал приказ незамедлительно отправить его в Москву. В 8 часов 30 минут Болдырева вызвал начальник Главного оперативного управления Генштаба ВС СССР В. Г. Денисов и распорядился начать эвакуацию ядерного караула и вверенной ему аппаратуры. Но Болдырев не мог выполнить это распоряжение. У него не было никакой возможности связаться с группой. О чем он и доложил вышестоящему начальству.
А в Форосе у полковника Васильева, командира группы ядерных адъютантов президента, голова шла кругом от неожиданного поворота событий. 19 августа он должен был сопровождать Горбачева в Москву на подписание Союзного договора, поэтому приехал на президентскую дачу пораньше, чтобы сменить дежурных и подготовиться к вылету. С ним были офицеры из очередной смены.
Около 8 часов 19 августа мы подъехали к посту внешней охраны, ворота были закрыты, их охраняли люди в форме пограничников. К нам подошел старший лейтенант. Мы объяснили ему, кто такие, и предъявили пропуска. Он переписал наши фамилии, уточнил имена, отчества и ушел.
Затем к нам вышел полковник, тоже пограничник, и сказал, что наши пропуска недействительны, а все вопросы решает Генералов. У меня и у других возник вопрос, что же случилось, на что полковник ответил: «Слушать надо радио». Мы же ничего не знали, так как в санатории ни радио, ни телевизора у нас не было.
Тогда полковник, видя, что мы действительно ничего не знаем, вынес нам из домика охраны транзисторный приемник. Мы услышали «Обращение к советскому народу» и поняли, что произошло что-то не совсем объяснимое, так как по радио передали о том, что у Горбачева плохое состояние здоровья и он не может исполнять обязанности президента. Мы же все знали, что М.С. Горбачев здоров и должен сегодня лететь в Москву, так как вылет не отменяли и не откладывали.
Мы ждали ответа, вернее, решения Генералова больше часа и узнали о нем от того же полковника. Он передал нам, что смены не будет, никого не велено пропускать, а нам следует ехать к месту своей постоянной дислокации, то есть в Алупку. Мы вернулись в санаторий…
Отдавая приказ об эвакуации ядерного караула, министр обороны маршал Язов, наверное, даже и не думал о том, что задает своим офицерам непосильную задачу. Вызволить сотрудников стратегической службы из форосской западни мог только КГБ. После звонка туда начальник ГОУ Генштаба Денисов сообщил начальнику 9-го направления Болдыреву телефонный номер, по которому «разрешат связаться с группой». «Разрешавшим» был заместитель Крючкова Агеев. По его приказу заработали «волшебные» телефоны КГБ, Васильева нашли в санатории и велели ехать в Ялту, в отдел правительственной связи, откуда он позвонил Болдыреву.
Болдырев передал Васильеву приказ Денисова: «Сосредоточить всех офицеров в Ялте и быть готовыми к выезду на аэродром Бельбек, где их будет ждать самолет».
Васильев доложил, что не может вывести смену с президентской дачи. Болдырев перезвонил Денисову. Тот заверил, что все образуется, и приказал только сообщить начальнику штаба ПВО Мальцеву список офицеров, которые должны вылететь из Фороса в Москву.
Около 13 часов зашел Генералов и сказал, чтобы мы не волновались, все будет нормально, и чтобы мы собрали свою аппаратуру, она еще пригодится, и что есть приказ от Болдырева и Денисова вылететь нам в Москву.
