28-летний москвич Александр Детков, которого на баррикадах многие знали под псевдонимом «Константинов», сквозь сетку начавшегося дождя пристально изучал в бинокль этажи расположенной напротив здания Верховного Совета России высотной гостиницы «Украина».
Разведка докладывала, что гостиница «Украина» будет использована в случае штурма как снайперская позиция, оттуда можно прицельным огнем поддерживать нападающих.
Детков прибыл на защиту Белого дома в первый же день введения ЧП. Как бывшего десантника его включили в штаб самообороны.
Оборона была организована по военному принципу Штаб разбил добровольцев на взводы и роты. Охрана каждого из подъездов здания Верховного Совета России поручалась двум-трем взводам и «огневым группам», вооруженным бутылками с зажигательной смесью.
В бутылках был бензин с пищевым желатином. Бензин наливали из баков автомашин. Желатин закупали в расположенных поблизости магазинах на собранные пожертвования.
Водка, прихваченная кое-кем на баррикады «для храбрости», изымалась и выливалась в Москву-реку или передавалась в госпиталь самообороны. Штаб старался не допускать пьяных на баррикады. КГБ распространял провокационные слухи о том, что у Белого дома скопилось большое количество «пьяных хулиганствующих элементов». Таким образом готовилась почва для оправдания применения силы.
В первую ночь, с 19 на 20 августа, ряды защитников были еще не столь значительны. Но 20 августа, после грандиозного митинга, на защиту Белого дома ринулись тысячи москвичей. Баррикады, еще вчера сугубо символические, превратились в довольно мощные и запутанные сооружения, которые преодолеть было непросто. Подступы к ним перегораживались тяжелыми грузовиками, кранами, асфальтовыми катками, железобетонными балками. Тащили всё, что попадало под руку. В баррикаде даже оказался памятник пионеру Павлику Морозову, стоявший в сквере у здания Верховного Совета РСФСР.
Посты докладывали, что в расположении защитников все чаще появляются разведчики. Видели военных в автомобиле, которые с картой в руках производили рекогносцировку местности. Заметив, что на них обратили внимание, они поспешили прочь. Державшиеся группой человек в тридцать подозрительные фотографы с помощью фотовспышек снимали баррикады. Когда их попросили предъявить редакционные удостоверения, они тут же ретировались. Но потом вернулись, а когда в них полетели проклятья, вновь исчезли. Так они и мелькали весь вечер: то появятся, то исчезнут.
У здания Верховного Совета в завалах баррикад сиротливо жались друг к другу шесть танков Таманской дивизии.
— 20 августа командир дивизии лично ездил к зданию Верховного Совета России, чтобы увести танки, — свидетельствует заместитель командира Таманской дивизии Александр Чистяков. — Но убедившись, что часть танков, находящихся в центре огромной массы народа и баррикад, снять невозможно, решил их оставить…
Вечером, чтобы снять подозрения насчет штурма, на свободу были отпущены Гдлян, Проселков, Камчатов. О недавних арестантах была проявлена невиданная забота. Из воинской части, где они содержались, их доставили к Белому дому на машине!
Около 21 часа на баррикадах появилась женщина. Она сказала, что у нее есть важная информация, и попросила провести в штаб самообороны. Там женщина сообщила, что ее муж, офицер КГБ, получил задание штурмовать Белый дом.
Чуть позже она привела своего мужа в накидке, скрывающей лицо. Отказавшись назвать свою фамилию и должность, мужчина сказал, что на совещании, прошедшем в КГБ, перед группой «Альфа» поставлена задача начать штурм Белого дома в 3 утра. «Альфа» должна появиться со стороны гостиницы «Украина». Ее сотрудников можно отличить по большим сумкам типа баулов. Он сказал также, что «Альфа» вооружена специальными средствами, оказывающими ослепляющий эффект, и объяснил, какие надо принять меры, чтобы снизить их воздействие.
Из штаба Белого дома по радио обратились с просьбой к женщинам покинуть площадь.
Защитники, разбитые на взводы и роты, взялись за руки, образуя живые заградительные цепи.
Площадь изготовилась к отражению атаки.
ДОСЬЕ СЛЕДСТВИЯ
документ без комментария
Для оказания сопротивления заговору мы вооружили депутатов, охрану, около трехсот милиционеров, забетонировали выходы подземных коммуникаций, было что-то приготовлено на случай приземления вертолетов на крышу.
За границу послали министра иностранных дел Козырева с правом сформировать правительство в изгнании. Тут же в Свердловск послали резервное правительство. О том, куда оно убыло, знали Ельцин, Силаев и я.
Поступала однозначная поддержка из-за рубежа.
Укреплялись баррикады у Белого дома. В подвалах здания обнаружили радиорубку и через нее вдохновляли защитников…
20 августа в группе «Альфа» царило напряжение, какое обычно бывает перед выполнением боевой задачи.
