– Я должна была догадаться, что это не виски с колой, только не в «Восточном экспрессе»! Недостаточно для среднего класса. Я уверена, что он пил… – Я роюсь в памяти в поисках необычных названий в меню.
– Свекольный коктейль, – предполагает Нейт.
– Да! Или грейпфрутовый ликер.
– Цветочный бриз.
– Нет. Нет… – Я с трудом выговариваю слова, потому что хохочу. – Я поняла! Он пил «Пряный зомби».
– В яблочко, – улыбается Нейт, и его улыбка пронзает меня насквозь.
Остальные присутствующие кажутся расплывчатым пятном – смотрят на меня, хмурятся, но все это смягчается приятным ощущением, которое поселилось в моем теле. Спокойное, прекрасное чувство, охватившее меня впервые за много дней.
– Живем один раз! – Радостно говорю я им всем. Затем останавливаюсь. – Ой, подожди, я забыла свою сумку.
– Я принесу. – Нейт снова ныряет в толпу.
Когда он уходит, русский парень все еще отряхивает капли со своей куртки-бомбера.
– Мне правда жаль, – окликаю я его. – Я оплачу счет из химчистки.
Он пожимает плечами и улыбается, демонстрируя удивительно белоснежные зубы.
– Все в порядке. Вчера вам повезло, да?
– Повезло?
Он кивает.
– Тот большой камень. Мы все видели. Мы гуляли прямо над вами. Валун был шатким и скатился с холма. Мы пытались остановить его, даже бросились за ним… Это большая удача. – Он закатывает глаза. – Должно быть, Бог на вашей стороне.
Я замолкаю, внезапно задрожав.
– Никто его не толкал?
Он смеется.
– Столкнуть такую громаду?
– Да.
Он смеется.
– Вряд ли кто-то пытался. – Затем его смех затихает, и я замечаю, как его девушка с розовыми волосами пробирается сквозь толпу, нахмурившись. Должно быть, она неправильно истолковала наш разговор, решив, что я пытаюсь флиртовать с ее мужчиной. Боже, она ведь может подумать, что я пролила его напиток намеренно. Я замечаю Нейта и машу ему. Он бросается ко мне, берет меня за руки и утаскивает к двери.
– Что это было?
Я открываю рот, чтобы сказать ему, что в конце концов, выяснилось, что валун был несчастным случаем. Ни Джиневра Экс, ни ее приспешники, ни Каро, мрачные мыли о причастности которой терзали меня, не делали этого. Может быть, я все-таки выдумываю все свои подозрения. Может быть, все мои страхи лишь у меня в голове.
Если только русский парень не солгал. Если только он не помощник Джиневры и намеренно не поднял эту тему, пытаясь ввести меня в заблуждение. Я перевожу взгляд на него – он смотрит на меня украдкой, болтая со своей девушкой.
Я сбита с толку.
– Что? – Нейт поддерживает меня, его плечи напрягаются.
– Кажется, я немного пьяна, – наконец заявляю я, решив, что не хочу говорить о камне. Хочу забыть обо всем этом.
Нейт улыбается.
– Я тоже. Это напоминает мне о…
Я подхватываю.
– Боже, я тоже только что об этом подумала!
– Ночь
Мы с Нейтом определенно не приверженцы магазина
Нейт неудержимо хохочет.
– Я никогда этого не забуду. Ты так много выпила, что принялась общаться на улице с белкой. Я купил тебе воду – самую дешевую из тех, что имелась в магазине.
Я смеюсь.
– Спасибо, хоть не минеральную. Но та белка была такой милой. И явно проголодалась.
– Я помню. Ты заставила меня вернуться за морковкой.
– Боже мой, и правда! Я действительно это сделала! – Я сгибаюсь пополам, но успеваю заметить фиолетовую вспышку и резко выпрямляюсь, внезапно насторожившись. Но вспышка – ткань сливового цвета с перьями, развевающаяся в холле, – исчезает в купе. Я трясу головой, сбитая с толку.
– Что случилось? – Нейт останавливается.
Я продолжаю идти по коридору, переводя взгляд с одной двери на другую. В какую же она вошла?
Это была?..
Нет. Не может быть.
– Рори? – настаивает Нейт.
Я качаю головой.
– Ничего. Мне показалось, я видела…
– Что именно?
– Кого. – Я прокручиваюя в голове два слова, которые вертятся у меня на языке. Я вот-вот выпалю их, но мне удается сдержаться и не произнести их вслух. Не позволить им испортить мне настроение этой ночью. Я в таком беззаботном, счастливом, наконец-то расслабленном настроении, мои проблемы далеко, наконец-то не кидаются на меня, как свора собак, требуя моего внимания и решения.
– Что… я имею в виду, кто там? – Нейт следит за моим взглядом, но уже слишком поздно. Кто бы это ни был, он исчез.