Мой взгляд скользит по банкетному столику, по экземпляру «Домика на озере», который я взяла из ее кабинета. Мне не терпится перечитать его еще раз, чтобы понять, что же меня мучает. Но в данный момент моя голова чересчур перегружена, и я не в состоянии валяться в постели и часами читать, пытаясь найти иголку в стоге сена. Я слишком взвинчена. Мне нужна разрядка. Массаж… тренировка… секс… или хотя бы выпить…
Я просматриваю план поездки. Чертов план. Нейт был прав с самого начала. Джиневра Экс – кукловод, а мы – ее марионетки. Ужин от личного шеф-повара в 19:45.
Нет, спасибо. Ужин с Нейтом и Каро? Я категорически отказываюсь от этого. Я официально прекратила следовать планам Джиневры. Пора заняться своими собственными.
Я быстро переодеваюсь в черную юбку-миди и топ с оборками и открытыми плечами. Этот наряд я надевала на одно из наших немногих свиданий с Габриэлем.
Я ощутила свою силу, когда, приехав, увидела выражение его лица, теперь, глядя в зеркало в собственные глаза, я чувствую себя еще сильнее. Каким-то образом за это время я повзрослела. Мне нравится человек, которым я становлюсь; который не является ведущим новостей; который не медитирует каждый день; которого можно сломать, расколоть на части, но который продолжит двигаться.
Ну ладно, может, я и не двигаюсь, но, по крайней мере, переставила одну ногу перед другой и все еще стою. Папа гордился бы мной.
Я хватаю ключи, машу Марко на прощание и быстро убегаю, прежде чем он успевает спросить, что он может сделать, и начать перечислять свои предложения.
Макс и Каро через два вагона, их купе по соседству. Я с воодушевлением направляюсь туда, размышляя, что это еще один пример интриг Джиневры, как в одной из ее книг – устраивать милые встречи для пар, которым суждено быть вместе. Хотя не могу представить, что она пытается свести Каро с Максом, но, возможно, я ошибаюсь. В конце концов, она пригласила Каро в эту поездку, даже учитывая подозрения, что та ворует у
Я медлю у двери Каро, пытаясь взять себя в руки, найти в себе силы отбросить злость на нее и сосредоточиться на той, кто была моей подругой, с которой явно происходит много такого, о чем я понятия не имею. Я тихонько стучу в дверь, жду несколько секунд. Ответа нет. Страх начинает скапливаться в моей груди, сдавливая легкие. Что, если… что, если Каро…
Нет, я не могу думать об этом, но, черт возьми, я должна об этом задуматься. Почему я оставила ее одну? Почему мы вообще поверили ее отговоркам и бросили ее там, такую уязвимую? Моя рука уже в дюйме от двери, я собираюсь постучать сильнее, выломать дверь, если понадобится, как вдруг слышу щелчок, и, внезапно, из соседнего купе выглядывает лицо Макса.
– Мне показалось, я что-то услышал. – Он проводит рукой по волосам, и я впервые с удивлением замечаю серебряные пряди.
– Ты ее видел?
– Да, – кивает Макс. – Она отдыхает.
– Она… я имею в виду, Макс, ты думаешь…?
Его плечи слегка приподнимаются.
– Я думаю, нам действительно нужно показать ее завтра врачу.
– Но ты думаешь… она будет в порядке в течение ночи? Она не…?
У меня не укладывается в голове. Я не могу поверить, что мы говорим о Каро, она не из тех, кто склонен к самоубийству. Пока я была поглощена своими делами, ей пришлось нелегко, пусть даже обе ситуации она создала сама. Бедный Макс – он еще даже не знает о последнем. Но сейчас не время ему рассказывать. У меня нет сил добавлять еще больше проблем в свой список.
– Я думаю, с ней все будет в порядке, Рор. До Позитано точно. Плюс мы будем присматривать за ней. Я уже дал ей свой ключ и сказал, чтобы она приходила в любое время дня и ночи, если понадоблюсь. И я собираюсь отказаться от запланированного ужина сегодня вечером. Я попросил Франческо заказать мне еду в номер. Мне все равно нужно поработать, и к тому же я буду поблизости, если Каро захочет поговорить, и проведать ее на случай, если…
Я резко выдыхаю.
– Ты лучший.
Макс пожимает плечами.
– Она… ты знаешь, что она для меня значит.
– Знаю, конечно.
Безусловно, он любит ее, и нам не нужно говорить об этом. Их любовь всегда словно существовала сама по себе. Я думала, что наша с Нейтом любовь такая же.
– Как ты смог так быстро простить ее? – спрашиваю я его. – За то, что она переспала с… – Мой язык замирает на этом имени, отказываясь его произносить.
– Это была просто ошибка. – Он грустно улыбается. – Я не думаю, что это на самом деле что-то значило. Мы все совершали ошибки. Кроме тебя, возможно.
Я стону.
– О, я много чего натворила. Это ты у нас само совершенство, а не я.
– Папа бы не согласился. Он всегда тебя считал совершенством.
– Правда? – Я удивлена тем, как Макс воспринимал вещи. На мой взгляд, Макс всегда все делал правильно – постоянно получал награды, лучшие оценки, добивался успеха. И теперь, с помощью своей вакцины, он готов спасти миллионы, миллиарды людей. И самое главное, папу. – Ну, я не так уж идеальна. Карьера журналиста полетела коту под хвост, ну и прочее…
– О, я не волнуюсь за тебя, – произносит Макс.
Я удивленно наклоняю голову.
