Правда в зону обстрела вражеских арбалетов дева-хранительница не вошла. Остановилась на самом пороге, вытянув вперед руку. Вокруг ее пальцев начала собираться энергия разрушительной мощи, которая искрилась и шипела. Спустя четверть минуты сгусток огня был готов, и Астор с яростью обрушила его на препятствие. Толстая дубовая дверь треснула и повисла на петлях. Из дома донеслись ругательства.
-- Орана Лаффе и его приближенных брать живыми! -- крикнула Дитя Света через плечо своим воинам. -- Ни в коем случае не убивать!
***
Санд очень гордился, что ему удалось выбиться в люди. Из самых низших слоев общества он пробрался в весьма уважаемую профессию, ценимую как материально, так и в плане перспектив. Он стал бандитом, и вот уже пять лет работал на одного из самых видных людей Арсдана. На Орана Лаффе. Точнее не на него лично, ведь с боссом контактировали лишь избранные, но под его непрямым руководством и в общей команде. Делать приходилось всякое -- и запугивать, и долги возвращать, и выискивать отчаявшихся женщин для панели. Да много чего еще. Санд не отягощал себя моральными терзаниями, ведь в этом мире выживают лишь сильнейшие. И он причислял себя к таковым. Недаром ведь у его пояса приторочен меч?
Правда вот в настоящей битве, где драться нужно не на жизнь, а на смерть Санд никогда не участвовал. Он не знал, что такое война, все время отсиживаясь в теплом Арсдане, где у него было все что необходимо мужчине: уважение, женщины, вино и деньги. За сытые годы он (да и многие его коллеги под началом Лаффе), уверовал в собственную неуязвимость. Их не трогала стража, их боялись конкуренты, уважали друзья. Последним временем Санд даже стал носить вместо стеганой куртки из воловьей кожи, которую не каждый нож пробьет, легкие и нарядные одежды, которые производили фурор на дам, а прохожих заставляли склонять головы в почтении.
Кто же знал, что наступит день, когда сказке придет конец? Причем никаких предпосылок к этому не было! Просто в их особняк на улице Менял начали ломиться стражники, которые на поверку оказались рыцарями-храмовниками. К несчастью бандиты не смогли их вовремя признать, а потому оказали ожесточенное сопротивление, выполнив приказ Нортатира. Последний был доверенным лицом босса, его правой рукой, и всегда щегольски одевался во все черное. Учитывая, что Лаффе куда-то запропастился, в особняке он был за главного. Разбираться же в полученных распоряжениях Санд и остальные не собирались. Они редко думали своей головой, всецело полагаясь на хитрых вожаков.
Но вот когда стало ясно, что в гости пожаловали храмовники, в душу Санда заполз подлый страх. Все знали, что за святыми воинами огромная сила - сам Эркалот! А бог, он не мужичок-работяга, которому можно сломать пальцы за несколько монет долга.
Штурм не заладился для нападавших с самого начала. Они не учли меры предосторожности, которыми окружил себя Оран Лаффе, и прочувствовали на своей шкуре парочку неприятных сюрпризов. Пробраться в штаб-квартиру было не так-то легко.
-- Смотри не упусти! -- рявкнул Нортатир, всучивая Санду тяжеленный мешок, который выудил из потайного шкафа в одной из комнат. -- Бегом в подвал!
-- Там же тупик! И... ого... что здесь?!
Нортатир его не дослушал. Он продолжал извлекать из потайного хранилища все, до чего доставали руки. Нагрузив Санда под завязку, так что у того хребет аж затрещал, он гневно начал подгонять недотепу к выходу. В отличие от всех остальных, человек в черном наравне с Ораном прекрасно разбирался в особенностях купленного много лет назад особняка. Из подвала вел тайный проход, соединенный с частью городской клоаки. Если туда прорваться, то от храмовников можно сбежать... Главное, чтоб не с пустыми руками, а не то от Лаффе потом придется выслушать тысячу и один упрек.
Но, как водиться, именно жадность стала причиной того, что сбежать не удалось. Если бы Нортатир добрался до подвала раньше, чем в дело вступила Дитя Света, то он, вероятно, скрылся бы. Но желание утащить с собой мешки с золотыми и серебряными монетами сыграли с ним злую шутку. Спустившись по лестнице на первый этаж, человек в черном увидел, что мощная дубовая дверь, которая к тому же была еще и зачарованной, разлеталась на куски. Защитники особняка при этом были разбросаны по всему холлу, преимущественно мертвые или без сознания. Некоторые все еще стояли на ногах, вытянув перед собой мечи или топоры. Их руки дрожали, а дух был сломлен.
