Глаз идола [сборник] полностью

— Конечно, — пискнул торговец. — Я тут подумал, что вы, вероятно, очень заняты… Я… слушайте! — воскликнул он, вдруг подаваясь вперед и вглядываясь в профессора. — Вы, случайно, не тот парень, Сент-Ивус? Постойте! Я, кажется, догадался! Мне тут свезло натолкнуться на ваш портрет в «Графике», сэр, несколько месяцев назад. История про какой-то громадный скелет?.. На берегу реки. Вроде там, в Германии. Честь для меня, сэр.

Коммивояжер протянул руку, преданно глядя на Сент-Ива. Затем его лицо медленно приобрело сочувственное выражение.

— Просим вашего прощения, — сказал он уже спокойнее, — но не ждете ли вы пассажиров из Хитфилда? Вы кажетесь подавленным заботой, как это говорится.

— Что вам известно пассажирах из Хитфилда? — спросил я его.

Признаюсь, мне не очень понравился этот тип, хотя я сам писал отчет, напечатанный в журнале «График», касающийся нашего исследовательского путешествия по Дунаю, из которого мы вернулись с громадной человеческой бедренной костью и нижней челюстью, усаженной зубами величиной с костяшки домино. По крайней мере, нашему коммивояжеру хватило мозгов, чтобы прочесть статью.

— Только то, что на поезде не было пассажиров из Хитфилда, приятель! — с нехорошим смешком ответил он. — Не сегодня вечером. Поезд прошел Хитфилд, как скаковая лошадь. Едва сбавил ход.

— А почему так вышло? — спросил Табби. — Чертовски странное поведение для поезда.

Торговец помедлил, а потом заговорщически глянул вокруг.

— Все держат язык за зубами, — сказал он вполголоса. — На юге скупы на слова, понимаете? Какая-то зараза, наверное.

Эти слова привлекли внимание Сент-Ива.

— Зараза? — переспросил профессор. — Какого рода?

— Не знаю подробностей, — ответил торговец. — Но, по правде говоря, в моем бизнесе я общаюсь с некоторыми… интересными людьми, так сказать. И один из этих парней нашептал мне, что городишко в один миг стал здоровенным бедламом, всё население съехало с катушек и поползло на четвереньках. Безумие полными ведрами. Хаос на улицах. Я бы не остановился в Хитфилде ни за что — из страха получить дозу того самого. И попомните мои слова, теперь, когда я знаю то, что знаю, завтра утром поеду в Гастингс через Мейдстоун, а не через Танбридж-Уэллс.

Сент-Ив, казалось, прокручивал в голове новости, Хасбро жестом поддержки коснулся его руки. Мы переглянулись: рассказ Табби о недавнем ужасе был еще свеж в памяти каждого.

— Погодите! — воскликнул коммивояжер. — Только не говорите мне, что у вас кто-то из близких в Хитфилде, сэр!

— Его жена, — сказал Табби.

— Господь всемогущий, сэр! Вам лучше забрать ее оттуда, и без задержки.

— Можете рассказать нам, что там творится? — спросил его Хасбро, жаждавший информации.

— Ну, сэр, — понижая голос, заговорил торговец, — только вы от меня этого не слышали. Но я вижу, кто вы и кто ваши друзья, и понимаю, что вы беспокоитесь о своей бедной жене, и это правильно, я целиком с вами. Городишко наглухо закрыт — дороги сторожат армейские патрули. Если вы отправитесь туда по железке, как, наверное, и надо, вам лучше сойти в Акфилде и пробраться к цели из Блэкбойса. Парень, которого я знаю, в чем сознаюсь со стыдом, — любовничек моей сестрицы, промышляет воровством и кражами со взломом, когда не чистит чужие карманы, — за виски болтал, что можно добраться до Хитфилда лесом, мимо ям углежогов Блэкбойса. Дескать, поживиться в Хитфилде во время суматохи — дело легкое. «Прямо во входную дверь, и наружу с наваром», — вот его слова. Вы скажете, что я должен был отправить его в тюрьму, узнав о его планах, но это не мой подход. Что тебе говорят доверительно — не должно выплывать наружу, если вы меня понимаете. Теперь вот что: вы знаете окрестности Блэкбойса?

— В общем, на терпимом уровне, — вмешался Табби. — У меня дядюшка на плавильном заводе в Бакстед-Фаундри. Производят рельсы для Куку-Лайн. У него дом в Дикере. А возле Блэкбойса я как-то раз куропаток стрелял.

— Ну тогда вы знаете кой-чего об этом месте! — Торговец кивнул, словно испытал облегчение, услышав это.

— А как же этот… ваш знакомый не боится бродить по Хитфилду? — скептически поинтересовался я. — Не будем о властях, но инфекция — вот о чем я думаю.

— Это, понимаете, мозговая лихорадка. Парень, о котором я говорил, соорудил себе шапку из таких вот больших тяжелых рукавиц, какие носят у обжиговых печей. Проложил тканым асбестом, его еще, это, называют «амиантус». Натягивается на уши, задерживает лунатические молекулы — вот как кожа задерживает ветер. Если вы еще в настроении идти в Хитфилд — он тот человек, которого вам надо найти в Блэкбойсе. Его там прозывают Помазок. Маленький человек, ну вот такусенький, — коммивояжер опустил ладонь до своей талии. Профессиональный грабитель, очевидно, был карликом. — В общем, он свой в «Старом постоялом дворе» на Хай-стрит. Если вы его там застанете, скажите, что вы друг Сэма Бёрка, Коробейника. Отдайте ему вот это, — торговец полез в карман пальто и вытащил визитку с надписью: «Сэм „Коробейник“ Бёрк: часы, ювелирные изделия, ссуды под залог».