Мона почувствовала у себя на плечах бабушкины ладони, такие нежные, родные. Глаза Моны закрылись, и снова неудержимо полились слезы, она никак не могла расстаться с явившимся из мира мертвых призраком. Она не сдвинется с места, так и останется тут навсегда, на коленях, чтобы не прервалась эта чудесным образом возродившаяся связь.
Когда она открыла глаза, ее уже не гладили по плечам, а сжимали в объятиях. И руки были крепкие и ласковые.
– Не плачь, моя девочка, я тут, с тобой, – шептал ей папа.
Томительная грусть, меланхолия не оставляла Мону и по пути в музей. Прямо заговорить с Анри о бабушке она не осмеливалась, поэтому начала издалека и спросила, верит ли он, что можно обрести то, что утрачено навсегда. Анри, озадаченный, подумал, что она подразумевает свой страх полностью потерять зрение, и, едва не дрогнув, бодро сказал:
– Вспомни картину Филиппа де Шампань.
Да. Мона вспомнила: всегда надо верить в чудо. Но это не очень-то ее утешило. Этот луврский урок когда-то ей пригодился, однако на этот раз его было мало. Она желала бы, чтобы ее дед сам, лично и прямо сейчас сотворил невозможное и тем доказал, что чудеса действительно существуют. Она прекрасно знала, что это неправильное желание, чудеса не совершаются по заказу. И не следовало требовать от деда того, чего он заведомо не мог сделать, даже если бы захотел, ведь неудачная попытка только огорчила бы их обоих. Но наивная вера с примесью детского эгоизма была сильнее разума, так что она стала умолять:
– О, Диди, соверши чудо сам, ну пожалуйста!
Анри вздохнул и с улыбкой сказал:
– Не вздумай требовать от меня этого каждую среду, но сегодня… так и быть!
Мона раскрыла рот. А Анри величественным жестом указал ей на стоявшую метрах в тридцати группу посетителей. Она моментально все поняла. Среди экскурсантов была та влюбленная пара, которая фотографировала их несколько недель тому назад. Мона изумленно вскрикнула, выпустила руку деда и бросилась к парню с девушкой, чуть не сбив их с ног. На вопрос девочки, не стерли ли они тот снимок, они ответили: конечно нет! Они и сами были счастливы случайно снова с ней встретиться. Фотография – Мона и Анри, освещенные солнцем и парящие над миром, хранилась в памяти мобильника. Едва дыша, Мона продиктовала адрес электронной почты, и картинка в тот же миг была отправлена.
– Диди, Диди! Это же просто с ума сойти что такое! – Мона захлебывалась от восторга.
“Сойти с ума, говоришь? – подумал Анри. – Что ж, поговорим о безумии”.
