Ее глаза сверкнули, и, боже правый, он почувствовал, как удар молнии поразил его до глубины души. Он сглотнул, сжав руки в кулаки, чтобы сдержать эмоции. Как легко он позволил себе увлечься этой девушкой. Своей прекрасной, но достойной сожаления женой.
Она стала его проклятием. Не давала ни минуты покоя. Так почему же эта искра в ее глазах пробудила что-то в его душе? Почему он чувствовал потребность снова и снова заслуживать этот взгляд и получать наслаждение от этих прелестных губ?
Предполагалось, что он будет искать Милу. И все же Арис понял, что пойдет на все, чтобы угодить женщине перед ним. Этому адскому, приводящему в бешенство созданию.
– Мне нужно увидеть Сигну, – сказала девушка, но Арис только покачал головой.
– Проведи со мной день, – попросил он. – Увидимся с Сигной вечером, если хочешь, но посвяти свой день мне.
Хотя Блайт, казалось, была готова возразить, что-то заставило ее замолчать, и Арис гадал, о чем она подумала. Бушевали ли в ее душе те же чувства. Тянуло ли ее к нему так же сильно, как его к ней. Арис знал, что она испытывает, по крайней мере, физическое влечение, потому что молода, любопытна и совершенно не умела скрывать эмоции.
Но крылось ли здесь нечто большее… Арису стало трудно дышать при мысли об этом, и он даже не знал, хочет ли это выяснить.
– Тогда забери меня отсюда, – прошептала Блайт. – Не держи взаперти, как хрупкую реликвию, Арис. Если я подарю тебе этот день, покажи мне то, что под силу только тебе.
Ему не понравилось, что ее слова прозвучали как последняя просьба. И хотя в душе Арису хотелось запереть ее, защитить от всех, но если Блайт желает увидеть мир, он ей его покажет. Понимает она или нет, но он был как тесто в ее ладонях. Он достал бы звезды с неба, чтобы подарить ей букет из созвездий, если бы это могло ее порадовать.
Потому что правду больше нельзя было отрицать. Арис Драйден влюбился второй раз в жизни. Только на этот раз он молился, чтобы судьба была на его стороне.
Арис привел их на вершину живописного холма, где сочная трава и красные, как рубины, маки приветливо касались ног Блайт. Небо было невероятного голубого оттенка, словно по волшебству сошедшее с прекрасной картины, с идеально ровными облаками. И Блайт задумалась, сколько из них нарисовано рукой Ариса.
Ласковый ветер развевал волосы и поднимал юбки, смягчая лучи солнца, которое светило прямо на них. Блайт запрокинула голову, приветствуя его.
Они смотрели на крошечный городок на склоне утеса, на узкие дороги и проселки, заросшие полевыми цветами. Вдалеке простирались бесконечные гектары сельскохозяйственных угодий – засеянных полей и обширных загонов с животными. Блайт попыталась сделать шаг к одному из амбаров с красной крышей, но пошатнулась, потеряв равновесие. Ей нравился такой способ путешествий, но она сомневалась, что когда-нибудь привыкнет к методам Ариса.
Когда Рок судьбы взял ее за руку, чтобы поддержать, Блайт заметила, что его одежда изменилась. Он был одет проще, чем когда-либо, – в черные брюки свободного покроя, белую тунику с расстегнутыми верхними пуговицами. Казалось, в любой момент мог взять лопату и начать вспахивать поля, и, любуясь рельефом его рук и загорелой кожей, Блайт вспомнила о проведенной вместе ночи и жаре его прикосновений.
В тот вечер она поговорила с Сигной. Доверилась кузине, поделилась всем, что знала, и вместе они разработали план против Хаос. Но если кузины ошиблись – если Хаос все-таки победит – Блайт не проведет свои последние минуты в одиночестве своей спальни, считая завитки на обоях. На этот раз, столкнувшись лицом к лицу с неминуемой гибелью, она завершит свою жизнь, путешествуя с красивым мужчиной.
– Здесь прекрасно, – сказала девушка и прижалась к мужу, когда они двинулись по травянистой равнине в сторону города. Ее шаги замедлились, а дыхание участилось, но Арис в любой момент мог перенести их обратно в уютную Вистерию, если понадобится.
– Да, – согласился он. – Но мы пришли сюда не ради города.
Арис шагал неторопливо, чтобы Блайт могла осмотреться. Было бы намного проще появиться прямо в деревне, но девушка была рада открывшемуся виду. Не говоря уже о том, что не хотела провести день, пытаясь объяснить кому-то их внезапное появление посреди улицы.
Как и Бруд, этот город был ей незнаком. Даже порывшись в воспоминаниях, Блайт не могла припомнить, чтобы когда-либо видела его изображения в книгах или на картинах. Весь город умещался вдоль одной длинной дороги и не казался таким угнетающим, как гигантские фабрики и промышленные здания в часе езды от Торн-Гров. Девушка попыталась определить их местонахождение, прислушиваясь к речи местных жителей, которые наблюдали за ними проницательными глазами людей, у которых нечасто бывают гости, но так и не узнала акцент.
