Редвингу требовалось взять паузу на осмысление услышанного и увертливой манеры Крутилы. Он надеялся, что сам не выболтал слишком много. Прикладная дипломатия не относилась к его сильным сторонам.
Желая расслабиться, Редвинг стал оглядывать вечное бурление жизни на окружающих просторах. Проследил, как приближается желтая стая летающих существ, которые испускали сбивчивый лай, и тут же про себя окрестил их «замороженными взрывпакетами». Во все стороны из их тел торчали острые иглы. Ему вспомнились шипастые черные морские ежи у рифов калифорнийского побережья, ценимые японской кухней за оранжевую икру. Глорианские воздушные ежи пронеслись мимо, посверкивая острыми шипами; они открывали и смыкали узкие клювы, точно давая понять: не троньте нас.
Крутила проговорил:
– Я ознакомился на досуге с данными наших миссий к вашей родной планете, которые осуществлялись приблизительно раз в десять ваших тысячелетий. Ваш, Homo sapiens, прогресс оказался стремительным и неожиданным. Вот сводка результатов первого визита:
– Сколько экспедиций вы совершили? – спросила Вивьен.
– В общей сложности пять. Наше исследовательское судно не стало снижать скорость, а пронеслось через систему и провело наблюдения издалека, сбросив также небольшие умные пакеты для более пристальной инспекции. Два последних отметили пару умеренно интересных деталей вашей миграции. В частности, на одном крупном континенте замечены признаки использования орудий труда, а последняя миссия засвидетельствовала с аэролета очевидный прогресс. А именно: многие разрозненные популяции независимо открывали базовые навыки сельского хозяйства и одомашнивали животных. Кое-кто использовал металлические орудия труда и оружие. Отмечалось распространение глиняных изделий в крупных постройках с очевидным религиозным предназначением. Значение культа также выросло. Простейшие жилища из глины и тростника во множестве мест. Но никаких дорог или долговечных каменных зданий.
– А дальше что? – настаивала Вивьен.
– Ваш вид с удивительной быстротой перегнал более раннюю модификацию. Насколько я помню, эта последняя именуется P. troglodytes на одном из ваших древних языков. Вы тогда были шимпанзе – некогда это слово значило «похожий на человека». Пока не развился ваш вид, предки его не отдавали предпочтения ходьбе на двух ногах вместо четырех лап.
– Мы генетически отделились от шимпов шесть миллионов лет назад, – уточнила Вивьен.
Крутила пренебрежительно отмахнулся, будто от незначащей детали.
– Мы планировали отправить следующий зонд для инспекции в вашу систему в течение следующего века-трех. Потом случайно заметили ваш корабль, когда он проявился на высокодетализированных снимках объекта нашего основного интереса: Чаши.
– А-а, – сказала Вивьен. – Ну да, если бы вы сейчас сунулись на Землю, то, несомненно, не ушли бы незамеченными.
– Верно. Вы самая интересная группа гуманоидов из всех форм жизни, чей метаболизм основан на воде. Именно из-за своей гипертрофированной любознательности.
Редвинг колко бросил:
– Ладно, ладно, это всё понятно, мы разумные животные. Мы развились от других животных, которых сейчас в основном по клеткам видим. А эти возникли от еще более примитивных животных, с которыми вы рядом не присядете. А те выползли из подлинно унизительного первозданного бульона жизни. Дальше-то
Вивьен вставила:
– Да-да. Почти всё, что мы ныне принимаем как данность: технология, преуспеяние, медицина, человеческие права, господство закона, сотрудничество миллионов и миллиардов в обществах… – это новинки, неприродные изобретения человека и для человека.
Редвинг подался вперед, фокусируя взор на невесомых просторах, где носились стаи птиц.
– Послушайте, цивилизация – это всего лишь история, сказка, которую люди рассказывают себе и о себе. Итак? Ваши виды, которых тут, судя по всему, много, тоже всё это изобрели. Вы же Паутину построили!
– Действительно, это так. – Крутила нахмурился, руки его заплясали в непонятном танце. – Теперь следует решить, включить ли в нее вас, торопыг.
– Торопыг? – расхохоталась Вивьен.
– Мы вырабатывали общественное сотрудничество миллионами лет. Вы этого добились за малую долю миллиона. Это свидетельствует о внутренних энергиях вашей расы, глубинных потоках и течениях, которые она преодолевает средствами групповой кооперации, начиная с племен численностью несколько сотен особей и до десятков миллиардов, расселившихся по всей вашей Солнечной системе. За десять тысяч лет! Нас это тревожит.
