– Мы так не думаем. Вам свойственна фантазия, будто Homo sapiens придает форму миру. Для нас такое отношение куда менее характерно. В вашей же истории избыток примеров.
– Трудно поверить.
Редвинг решил тянуть время, пока не предоставится более удобная возможность для оценки ситуации. Резкая и неожиданная атака летающего коврика вывела из себя. Они тут одни средь мириад угроз. К тому же легкий ветерок, по впечатлению, уносил их в глубины колоссальной твари. Многочисленные резкие запахи ни с чем отождествить не удавалось. Редвинг, Вивьен и Крутила мерно плыли к морщинистому отверстию, сходство которого со сфинктером нервировало капитана (как он сейчас сообразил).
Крутила сказал голосом, наводящим на мысль о задувании ветра в старую каминную трубу октябрьской ночью:
– Вы считаете, что ваши разумы всего лишь изобретательны, быстры. Вы значительно обогатились также и от своей неспособности видеть полную внутреннюю структуру механизмов вашего сознания. Мы и виды Чаши преодолели это ограничение давным-давно.
Редвинг смотрел, как толстая голубая, покачивающаяся на ветерке зверюга испускает в тошнотно-насыщенный запахами воздух странный мелодичный призыв, на диво разительно напомнивший ему о школьных годах. Дальние голубые пузыри ответили зверюге и сгрудились вместе. Готовят оборону против… людей?
– Люди не изобретали орудия труда – орудия труда изобрели человека. Они помогли вам быстрее меняться и в сочетании с непредсказуемостью подсознаний подчас уводили на странные маршруты.
Вивьен указала на что-то позади. Редвинг изогнулся посмотреть. Там висело люминесцирующее зеленовато-желтое существо, крупное, но какое-то, по впечатлению, бесплотное.
Вивьен жестом окинула его размах.
– Поверни голову… видишь? В основном прозрачное, но похоже на рыбу – нет, на дельфина. Целенаправленная сигнализация?
По телу зинго пробежала сияющая рябь, потом оно уплыло прочь, беззаботно помахивая тем, что у него, быть может, отвечало хвосту.
– Это, блин, что еще такое? – осведомился Редвинг.
– Проявление наших общецелевых интеллектов.
До Редвинга начинало доходить. Многие поразительные происшествия с отрядом Бет, смерти и увечья – это такой у глорианцев способ оценивать новоприбывших. Пользуются проверенным, старым как мир методом: показывать, а не рассказывать. Пусть кусочки пазла сами лягут на нужные места.
Редвинг и Вивьен плыли вслед за Крутилой напрямую в морщинистое отверстие, которое расширилось, впуская их. Хлопок: это уши подстроились к изменению давления. Они оказались в просторной палате, наполненной голубовато-белым излучением.
Крутила произнес:
– Вот один из таких интеллектов. Он желает установить с вами контакт на более близких расстояниях, чем прежде.
– Он же всё это время говорил вместе с вами.
– Скорее через меня, чем вместе со мной.
Редвинг уставился на исполинский ком, блестящий от выпотов зеленовато-желтой слизи.
– Оно… разумное?
– Оно напоминает ваши грибки.
– Это другая фила, блин. Не наша.
– Вы можете обращаться к нему напрямую.
Редвинг такого себе и представить не мог, сколько ни брался размышлять о потенциальных исходах экспедиции.
Ему предстояла беседа с заплесневелой слизью.
Если собака одновременно машет хвостом и рычит, откуда знаешь, какому ее концу верить?
Клифф скатился с фиксирующей кушетки и проговорил:
– Какого черта?! Пошли искать Анарок.
Бет кивнула. Они двинулись к рубке управления небесной рыбой. Розовые стены коридора пульсировали, словно от натуги. По жесткому красному полу пробегала дрожь.
– Как эта зверюга ухитряется перегрузки выдерживать? – проговорила Бет. – Наверняка очередное чудо технологии задействовано.
На полпути к цели они столкнулись с Анарок. У капитана небесной рыбы появился спутник. Бет аж затошнило: новое действующее лицо оказалось из породы крутильщиков, но голова его была деформирована для вящего сходства с человеком.
– Крутильщик? – спросила она.
– Рассматривайте меня как замену Крутильщику, – сказал тот. – Надеемся, что усовершенствованную. Вам потребуется спутник, и мы вам его предоставим. Зовите меня Крутильник, если угодно.
– Если вы этого требуете, – откликнулась Бет[34].
– Теперь вы увидите настоящую Глорию, – сказал Крутильник.
Анарок нахмурилась, но смолчала.
Клифф буквально выплюнул:
– Мы рассчитывали опуститься на поверхность и…
– Чудесная нетронутая поверхность Глории – запретное место для чужаков вроде вас, – отвечал Крутильник невозмутимо. Руки его не шевелились. – Меня отрядили представить вас обитателям Глубин. Эти существа значительно отличаются от жителей поверхности.
– Лучше всего просто показать, – проговорила Анарок. Она взмахнула рукой в сторону атмосферного шлюза, и тот открылся. – Мы проводим вас.
– А
– Некоторые среды должны оставаться свободными от загрязнения, – пояснил Крутильник. – Таков давний священный обычай.
