– Эти общественные предустановки укоренены глубоко. Естественный отбор продуцирует их как на индивидуальном, так и на групповом уровнях. Он наделяет нас моралью. Мы исходим из предположения – в целом подтвердившегося для всех видов, с какими мы контактировали в Чаше, – что у разумных чужаков процесс этот протекает аналогично. И они также наделены моралью. Верно?
– В определенном смысле. Я замечаю по вашим произведениям искусства, что вы любите всякие истории.
– Ну да, конечно. – Она задумалась, к чему он клонит.
– Вы разыгрываете их во внутреннем театре. Участвуете в мини-спектаклях, которые сами же ставите. Уделяете значительное внимание друг другу, особенно лицам.
Бет вспомнила опыт, в котором обезьян сажали по задрапированным клеткам. Когда драпировку убирали, взгляды обезьян первым делом фокусировались на сородичах.
– Нам это приятно, да. Спектакли, фильмы, чтение…
– Это представляется естественным, раз возникло в ходе эволюции. Вероятно, приносит социальную пользу.
– А разве у вас не так?
Она задумалась о прилетающих с Земли сводках новостей. На протяжении столетий фокус их оставался неизменен: сплетни, конфликты, почитание знаменитостей, свежие хиты видео или литературы… бесконечная сосредоточенность на самих себе. Да.
– В меньшей степени. Ваша аддикция к историям сбивает вас с пути.
– Как?
– Вы начинаете путать свои жизни с сюжетами историй.
– А разве это не так?
– Если бы истории заканчивались правдиво, то нет. Я отмечаю, что ваши наиболее старые истории, рассказываемые детям, всегда заканчиваются лживо. Почему так?
– Э, гм, о чем вы? Лживо?
– Я полагаю, что их финальное клише – правильно ли я использую англишский термин? – таково: «И все они жили долго и счастливо». Да?
– Гм, да. И что?
– Никто не живет одновременно долго и счастливо.
Она осознала, что никогда раньше не задумывалась об этом. Девчонкой она понимала: просто настало время закрыть книгу.
Крутильщик смотрел на нее без всякого выражения. Паутина, или Лес, неслась мимо. Мерцал солнечный свет. Бет не знала, что ответить.
Гм. Если в чем-то сомневаешься, увильни от ответа. Она перевела взгляд на размытые скоростью сплетения стеклянистых труб и поперечных балок. Она их и различала-то лишь потому, что были они огромны: цилиндры многокилометрового диаметра, переплетающиеся сети, решетки, фреймы, сочетавшие, по впечатлению, устойчивость и экономичность конструкции. Солнце разгоралось, выныривая из-за Глории. Звезда всё еще казалась маленькой, но тени стали резче, а отражения четче. На этой крутящейся штанге вести наблюдения за звездами будет сложновато.
– Я… Я хотела бы услышать вашу историю.
Крутильщик перекатился на серебристой кушетке, которая с едва слышным щелчком зафиксировала его.
– Покорение сей глубины – дело небыстрое.
Какое владение англишским! Крутильщик обучался стремительно. Вероятно, у него и доступ к мощным вычислительным ресурсам имеется.
– Ладно. Расскажите, как вы соорудили эту Паутину.
– На протяжении эр более долгих, нежели ваш эволюционный процесс.
– Гм. А как она работает?
– О, теперь постиг природу вашего интереса. – Крутильщик переместился так, чтобы оказаться лицом к лицу с Клиффом. Руки его образовали спиральную сеть, имитируя длинную сетчатую конструкцию Паутины, какой наблюдалась она из космоса. – Мы рачительная раса. Ваши законы объяснят. Да? Гравитация заставляет атмосферу падать, но мы ее в трубу улавливаем. Например, такую. – Он широким жестом указал на транспортную трубу за стенками капсулы. – В свою очередь, регулирует она давление газа внизу. И то перемещает массы в других трубопроводах. Что опускается, то затем обязано подняться, если правильно его устремить. Всё заключено в замкнутую цепь. Подобно вашей телесной крови.
Клифф подался вперед, изнывая от интереса, и кушетка крутанулась, приближая его. Мягкий демпфирующий аэрогель приспосабливался к потребностям пассажиров.
– На нашей планете, подобно вашей, атмосфера делается плотнее при снижении к поверхности. Вы с помощью Паутины воздух на такие расстояния перекачиваете?
– Ваш термин «капилляры» здесь применю, да? На каждом Уровне свои воздух и вода. Управление автономное. Ресурс передается соседям сверху и внизу. Гравитация дает, гравитация отбирает. Всюду поток.
Клифф недоверчиво покачал головой:
– Газ и гравитация. И вам этого достаточно, чтобы всем управлять? Затраты энергии ведь значительные.
– Не такие уж. Вы Паутиной зовете это место, но корректнее было бы Поршнем.
– Лифт, по которому мы летим, – произнесла Бет. – Мы же чертовски стремительно падаем. А сжатие воздуха впереди продвигает другие капсулы – где-то там – кверху. Не так ли?
Крутильщик едва заметно склонил голову:
– Это означает у вас согласие, да?
– Да. – Она покосилась на Клиффа.
Из них двоих инженерный ум у него.
Клифф старательно кивнул.
– Никогда не слышал о подстройке давлений на таких масштабах, планетарных. – Он поразмыслил. – Хотя нет. В Чаше тоже масштабные проекты вроде этих реализованы.
– Гораздо больше показать вам можем, чем эта… сантехника. И большей значимостью оно обладает.
