Бет видела, что Клифф, почувствовав такую потребность, принимает давление на себя. Она отступила и остановилась позади отряда, пока капитан стала указывать детали плодородного зеленого ландшафта речной долины внизу.
Бет знала по опыту экспедиции в Чашу, что если чересчур сильно углубляться в проблемы места, которое вполне может оказаться полем боя, то крыша съезжать начнет. Делай то, что должна, и продолжай движение к цели. Занятость в час утраты до некоторой степени утишает боль, и Бет с готовностью, почти благодарностью, искала возможность сосредоточиться на практических проблемах.
В этой экспедиции она пока что проявила себя далеко не лучшим образом, тут сомнений нет. Но и застарелые травмы времен Чаши тут ни при чем. Каждую атаку чужаки проводили уверенно и стремительно. Отряд Бет был вооружен, но не готов к массированному удару; это же, в конце концов, дипломатическая миссия. И тут всё
Небесная рыба выполняла неспешный величественный поворот. Это порождало внутренние шумы, вроде бы сфокусированные на мостике. Бет напомнила себе, что небесная рыба – не совсем корабль, а скорее живое существо, способное чувствовать боль. Слышалось что-то похожее на стоны, рычание, шипение, свист, хлопки, затем протяжные басовые ноты, слагавшиеся в жутковатую меланхоличную композицию, подобную погребальной песне. Или то, что Бет слышала, попросту резонировало с ее внутренним настроением?
Небесная рыба скользила над хребтом острых скал. Рядом с ней на ветру скользила стая ширококрылых птиц с кожистым оперением, слагаясь в ленивую V-образную формацию. Они закладывали изящные виражи, словно самолетное подразделение на параде. На вершине горы стояло высокое угловатое существо странной формы с тремя ногами. Кожа у него была темная, чешуйчатая, словно у гибрида ящерицы и змеи. Веки смыкались горизонтально, а вокруг шеи пульсировал и горделиво раздувался жаброобразный воротник. Существо вскинуло три конечности, отдав косолапый салют небесной рыбе. Затем сразу за его спиной взмыл зинго. Совсем близко.
Бет отвлекалась от разочарования, фокусируя взгляд на исполинской твари. Вдоль заузленных линий контура зинго плясали язычки оранжевого огня. Бет показала на него.
– Клифф, ты останешься за главного. Я лучше присмотрюсь вплотную.
Она развернулась и рысцой поспешила прочь, даже не оглянувшись на Клиффа. Она знала, как он отреагирует: нахмурится и покачает головой; но едва сдерживалась, чтобы не перемахнуть за точку внутреннего кипения. Ей отчаянно требовалось чем-нибудь заняться, на что-нибудь отвлечься,
Она отыскала наклонный пандус и поднялась по нему в то, что, как было ей известно из предыдущего «пассажирского тура» по небесной рыбе, представляло собой наблюдательную палубу, протянутую вдоль хребта летучей твари. Бет сноровисто взбежала по рампе, наслаждаясь прилагаемым усилием, – и тут сбоку появился Крутильщик.
Как эта тварь узнает, где ее искать? Нет времени на раздумья.
– Оставьте меня одну!
– Я бы с превеликим удовольствием составил вам компанию.
– Тогда не отставайте! – Бет устремилась по пандусу, надеясь перегнать Крутильщика, и выскочила на яркий солнечный свет.
Зинго держался невдалеке от костистой верхней палубы. Оранжевые искры плясали среди его петель.
– Если вам интересно, я представляю собой смесь живых клеток и молекулярной машинерии. Нет во мне ни одного важного органа, который бы не слагали оба компонента.
Крутильщик без труда поспевал за ней.
– Прекратите мне досаждать!
Крутильщик кособокой побежкой приблизился к краю палубы, посмотрел вниз и помахал сложным жестом руки и кисти, обращаясь к скользившим совсем рядом чешуйчатым птицам. И о чем-то заворковал с ними.
Зрелище было потрясающее: зеленые равнины, убегающие к покатым склонам Паутины. Бет его игнорировала. Она искала зинго. Зинго оказался внизу: он продолжал светиться и не отставал от небесной рыбы.
Крутильщик повернулся к ней:
– Какой роскошный муравейник жизни, континуум от микробов до математиков. Но и это не всё, о чем напоминает нам Инкреат.
– Значит, эта гребаная разумная скала постоянно «проверяет на прочность» других?
– Если таково его желание. В конце концов, разве не такой конец ждет нас всех? Мы придерживаемся подобного взгляда на жизнь. Вы также обязаны будете проникнуться осознанием этого непреложного факта: единственная неизменная истина есть изменение.
Крутильщик приблизился, руки его заплясали в воздухе, точно в попытке отвлечь. От чего? Надо полагать, от зинго.
– Отойди, – приказала Бет.
– Уверяю вас, мы не причиним вам вреда. Действительно, ваши спутники испытали перемещение за пределы привычного контекста, но…
– Назад!
