В ответ я лишь позволил себе усмехнуться. Дункан, вопреки расхожему мнению, был весьма проницательным и отлично разбирался в людях. Вот только он на дух не переносит все эти политические интриги, отчего и отрекся от престола.
— Мне казалось, что ты должен быть с Эйрисом, — заметил я отсутствие поблизости моего сына.
— Он убежал со своим дружком Ланистером, — отмахнулся бывший наследник Железного трона, словно от чего-то малозначимого.
Не поддерживая легкомысленность брата, я невольно нахмурился. Я не был против того, чтобы Эйрис общался и заводил друзей среди наследников влиятельных родов. Вот только в последнее время все это начинает набирать странный оборот. Все контакты с наследниками Великих домов сокращаются только до Ланистера, который был сослан вместе со своей кузиной в Королевскую гавань.
И все бы ничего, но уже начинают ходить слухи о фаворитизме. Неровен час, и какой-нибудь недоброжелатель может пустить слух о слишком уж близкой связи между Наследниками, что породит за собой новую череду сплетен. И я уж точно не желаю своему сыну славы шпагоглотателя. Ни в коем случае нельзя этого допустить.
— Расслабься, Джей, — успокаивающе похлопал меня по плечу Дункан, читая меня, словно открытую книгу.
— Тебе легко говорить «расслабься», — саркастически произнес я, косо глянув на брата. — Не твой сын рискует получить славу мужеложца из-за одного неосторожно брошенного слова.
Собеседник удивленно посмотрел на меня, но, увидев беспокойство в моих глазах, решил попытаться меня успокоить.
— Они не более, чем друзья, — с легкой снисходительной улыбкой на лице заговорил брат. — Хотя этот Ланистер, Тайвин, если я правильно помню, явно старается пользоваться расположением Наследника. К счастью, не во вред Эйрису. Но, с другой стороны, покажи мне того, кто бы не пользовался такой возможностью.
Увидев, что его слова нисколечко меня не успокаивают, он решил продолжить.
— Но если тебя это интересует, — заговорщически прищурившись, тихо заговорил Дункан, — твой сынок тоже получает свою выгоду в этом общении. Ему, видите ли, нравится кузина его друга, и через него Наследник решил подобраться к ней поближе.
— Только распространению слухов это никак не помешает, — не слишком радостно произнес я.
— Ну если тебя это все еще волнует, — пожал плечами брат, — то просто обручи Эйриса. Поверь мне, все слухи тут же отпадут.
Но увидев, что выражение моего лица ни капельки не изменилось, Дункан попросту махнул на меня рукой.
— Делай, как знаешь, — обреченно и устало произнес старший брат. — Но на твоем месте я бы не стал препятствовать общению Эйриса с будущим Хранителем запада. Хотя бы из соображений выгоды.
— И какая же «выгода» в общении моего сына с отпрыском Смеющегося льва? — с сомнением в голосе спросил я, приподняв одну бровь. — Как по мне, то пусть лучше поддерживает контакты с теми же Тиреллами. Шипастые розы куда лучше, чем ставшие беззубыми львы.
Дункан внимательно посмотрел на меня. В его глазах можно было увидеть столь не свойственный ему хитрый блеск.
— Поверь мне, брат, — продолжая заговорщически улыбаться, сказал брат. — Тайвин совершенно не похож на своего отца. Он сможет вернуть былое величие роду Ланистеров.
— После того, как этот рохля Титос пустил все по ветру? — скептически приподняв бровь, я задал вопрос, прежде чем сам же на него и ответил. — Сомневаюсь.
— Ты был бы иного мнения, если бы знал его, — усмехнулся брат. — Поэтому просто поверь.
Я ничего не ответил, но по моему лицу можно было понять, что Дункану не удалось меня убедить. Но посеять семя сомнения ему удалось.
— Как отец? — спросил я, переводя тему.
Мой вопрос заметно подпортил настроение Дункана. Его лицо вмиг помрачнело, а сам он сгорбился, словно из него выдернули стержень. Такая реакция неудивительна, если знать, насколько старший брат привязан к отцу. Для него все, что связано с состоянием короля, больная тема.
— Отец окончательно сошел с ума, — тихо и обреченно ответил Дункан, оглянувшись, чтобы убедиться, что здесь нет лишних ушей. — Только и делает, что грезит возрождением драконов и говорит о каком-то пророчестве.
— Пророчестве? — заинтересованно переспросил я.
— Именно, — кивнув, произнес бывший наследный принц. — Что-то про короля драконов, что вернет в наш мир повелителей неба и гнев призраков прошлого.
— Звучит как бред, — усмехнувшись, произнес я.
Брат досадливо поморщился.
— Потому что это он есть, — наконец-то сказал он. — Но отец свято верит, что «король драконов» — это он, и что теперь он обязан выполнить свой долг. Вот только про долг государя Семи королевств он как-то позабыл. Вместо этого он ищет способы, с помощью которых у него получится оживить окаменелые драконьи яйца из числа тех, что остались после Танца драконов.
Я молчал. Мне попросту нечего было ответить, ведь я прекрасно понимаю состояние брата. Наш добрый отец медленно сходит с ума, и мы ничего не можем с этим поделать.
