— Когда ты будешь, — не дай Бог, конечно, но по-другому я не вижу, — сидеть напротив следователя, а того сопливого, за которого я говорил, тебе не дадут, и не надейся, ты увидишь, что русский язык — не один. Ты говоришь следователю, — а он тебя не понимает, и это-таки ладно, но еще он тебя понимает совсем не так. И говорит тебе совсем другие слова, а ты в толк не возьмешь, откуда он их взял с твоего же рассказа. Хотя ты, может быть, и понимаешь, поскольку таки-перекинулся парой слов со Львом Захаровичем, но зачем-то ломаешь комедию…
Вождь и Учитель читал сводки. Это была целая папка донесений, талантливо обработанных и тонко отнесенных к одной теме. Тема была такова, что о самом существовании ее надо было додуматься. Не говоря уже о том, чтобы разобраться, что к ней относится, собрать воедино, — не упустив при этом ни единой мелочи! — и при этом не сунуть в общую кучу НИЧЕГО лишнего.
«…Слухи о том, что после войны колхозы будут распущены, вообще чрезвычайно распространены среди фронтовиков и носят устойчивый характер. Можно даже говорить об уверенности в роспуске колхозов после победы, царящей среди широких масс фронтовиков. Особо крайние варианты высказываний в смысле: „Фашистскую вражину добьем, и за других примемся, тех кто дома…“ или: „Теперь мы знаем, куда потом повернуть винтовки…“ — и тому подобные пока встречаются, как исключение. Значительно больше распространена уверенность, что: „Товарищ Сталин разобрался“ — какая это ошибочная вещь, и издал приказ, который обнародуют: „На следующее утро после победы“. При этом сомнений в том, что колхозы — зло, в общем, практически, нет. С теми, кто говорит о благах и преимуществах колхозного строя, не спорят, но и не разговаривают на эту тему, переводя разговор на другое. Большой идеологический вред идет от впечатления, которое производит на солдат крестьянского происхождения культура аграрного производства в Германии, Дании, Голландии, Бельгии и т. д., урожайность, ухоженность полей, породистый скот, чистота, устроенный быт и явная зажиточность сельских хозяев…»
Ну, это настолько ожидаемо, что нельзя считать новостью, — но все равно серьезно.
«…Попытки агитации, раскрывающей эксплуататорский характер сельского хозяйства в буржуазных странах, возражений не вызывают, но согласие с провозглашаемыми принципами носит явно показной и даже лицемерный характер…»
А это еще кто у нас такой тонкий выискался? П-психологи, мать их…
«Советизация территорий, освобожденных Советской Армией, проводимая согласно планам и нормативам от 1936 года, уточненным по результатам советизации Молдавии, республик Прибалтики, а также Западной Украины и Белорусии потребует кадровых советских работников, кадровых работников ведомства внутренних дел, работников МГБ в количестве…». «Положение с нехваткой опытных, идейных, преданных кадров, необходимых для проведения эффективной советизации, усугубляется высокими боевыми потерями, особенно на первом этапе войны, а также репрессиями со стороны гитлеровских оккупантов на территориях, временно окупированных немцами, и террором со стороны кулацких недобитков и националистически настроенных элементов из местного населения…». «Выделение такого количества подготовленных кадровых работников для советизации освобожденных территорий негативно скажется на управлении глубинными областями самого Советского Союза, особенно в регионах Кавказа, Закавказья, Средней Азии, Восточной Сибири и Дальнего Востока, вплоть до рецидивов национализма, религиозного мракобесия, феодально-байских проявлений с возможным стремлением к сепаратизму…». «… в то же время возлагать задачи по советизации освобожденных территорий исключительно на армейские структуры ни в коем случае нельзя, так как…».
Ну, это я и без тебя знаю, что нельзя, но материал точный, как научный прибор. Чувствуется, что человек досконально понимает свое дело.
А еще о том, чего не донесли.
Оно, конечно, немцев еще предстоит кого добить, кого разоружить, — в самой Германии, в Бельгии, Франции, Греции, на Балканах, и прочее.
Организовать послевоенную власть во Франции в нужной конфигурации, — не самое трудное, но самое сложное и, пожалуй, самое важное.
Закончить дела в Финляндии в свете послевоенных и, скорее всего, очень непростых отношений с союзниками.
И, наконец, разобраться под шумок с Турцией.
И решить застарелую проблему с Японией, — в рамках исполнения союзнического долга, разумеется.
И всерьез добить Венгрию.
Но все равно генералы уже должны бы задуматься о временах ПОСЛЕ войны. Не могут не задумываться, не чесать умных голов, передумавших лучших стратегов рейха.
А еще они меньше всего теоретики, а как бы ни наоборот, люди, у которых действие кое-когда опережает мысль, и результатами их серьезных раздумий неизбежно будут именно ПРАКТИЧЕСКИЕ результаты.
Так почему нет ни единого доноса? Имеется ввиду — настоящего, по делу, а не про баб, пьянки, и ОЧЕНЬ богатые трофеи. Этого добра, как раз, сколько угодно.
Вариантов несколько, совсем немного, а откровенно говоря, всего два.
