– А то, что медицина – всего лишь часть системы, – с явным удовольствием пустился в объяснения Майзель. – В конфуцианском Китае, знаешь ли, всё было устроено иначе, чем у нас привыкли, – врач не столько лечил своих пациентов, сколько следил за тем, чтобы они не болели, и поддерживал их здоровье, за что и получал своё вознаграждение. А у нас – что творилось, пока мы за дело не взялись? Врач не на человека смотрит, а в компьютер пялится: анализы – всё, анамнез – ничто. Это форменное безобразие! Растащили медицину на разные дисциплины, связь между ними потеряна практически вовсе! Врач видит не личность, а мешок с костями и ливером – вот это болит? А щас мы его отключим или вырежем! И вместо здорового человека у нас инвалид. Оно мне надо, я тебя спрашиваю?! Мы выкладываемся и вытягиваемся, чтобы нашу молодёжь на новые подход к себе и своей жизни переучить, новые кадры медиков готовим – это, Дюша, скажу я тебе, задачка похлеще индустриализации будет. Самая настоящая экзистенциальная ломка – нечего скромничать. И фармацевтику надо перестраивать, сверхприбыли плавно опускать, а то мы ещё и тут коллапс получим, – опять же, зачем нам это? Мы лучше инвестируем средства в массовый спорт – вместо олимпийских рекордов. Задел по этому профилю ещё с социалистических времён оставался – дворцы спорта, кружки, секции, тренерский и педагогический корпус. Не уронили, бережно пронесли – а теперь наращиваем. Да ты нашу молодёжь сам видел.
– Видел, – завистливо вздохнул Корабельщиков.
– Вот! Повсюду медицина старость растягивает, а наша система продлевает годы активной зрелости. За нами, между прочим, и остальные тянуться начали. Ну, так это же очевидно: о каком будущем человечества можно говорить, когда люди, до полтинника доскрипев, мечтать о пенсии начинают?! Двигать цивилизацию с таким настроением не-воз-мож-но! – по слогам произнёс Майзель. – Так что – будем ломать!
– Неужели?
– Что?
– Ты выговорил это слово – «невозможно», – едко усмехнулся Корабельщиков.
– Я реалист, а не сказочник.
– Расскажешь это Соньке, – Андрей опять вскинул брови. – И вы готовы с нами всем этим – просто так – поделиться?!
– Почему же просто так, – Майзель сложил руки на груди. – Вовсе не просто так. Вам придётся измениться, и довольно сильно. Перестать пить, покончить с хныканьем – «лишь бы не было войны», выучиться быть гражданами, заставить вашу собственную власть уважать вас. Это, дорогой мой Дюша, ох как непросто. Собственно, это самое главное. Остальное – нюансы. Ну, что? Полегчало?
– А должно? – подозрительно покосился на него Андрей.
– Хотел тебе последний – на сегодня – презент преподнести, – вздохнул Майзель. – Но, вот смотрю на тебя – и думаю: может, лучше завтра?
– Нет уж, – возмущённо вскинулся Корабельщиков. – Гулять – так гулять!
– Ну, ты выбрал, – хмыкнул Майзель и положил перед Андреем устройство.
– Что это?! – одними губами прошептал Корабельщиков.
– Это доступ к порталу, через который будет проходить регистрация избирателей, голосование и прочие, необходимые для легитимизации твоего проекта, мероприятия. Устройство активируется биометрией, причём любого из зарегистрированных на портале. Всех, кто получит паспорт.
– И устройство – тоже всем?
– Нет, устройство будет продаваться. За небольшие, но за деньги. Дармовщина развращает, нам это ни к чему. Естественно, цена окажется даже ниже себестоимости, но это нормально – в данной ситуации. Это – твой экземпляр, так что с тебя – сто крон.
– Ты шутишь, – несколько растерянно улыбнулся Корабельщиков.
– Нисколько.
Посмотрев на Майзеля, Андрей понял: Дракон и в самом деле не шутит. Крякнув, он полез в карман за кошельком. Взяв протянутую сотенную, Майзель положил её в нагрудный карман своего камзола:
– Ну, вот и прекрасно. Заводи шарманочку.
Андрей с некоторой опаской положил руку на экран устройства, которое тотчас ожило. Интерфейс оказался проще, чем Корабельщиков ожидал, – даже для человека, едва знакомого с компьютерами, не составит труда в нём разобраться.
– Мы же понимаем, Дюхон, – проекту нужна в первую очередь молодёжь. Устройство ориентировано на них в очень значительной степени. За активное участие в политической жизни пользователь получит виртуальные средства, которые сможет потратить на музыку, фильмы, общение с друзьями. Образовательная составляющая тоже присутствует, – без выученных уроков истории и обществознания доступа к развлечениям не будет. Собственно, для взрослых – та же картина. Можно подключить любые беспроводные наушники, принтер. Сломать, взломать, раскурочить – не выйдет. Вот такая сумма технологий, дружище.
Да, подумал Андрей. Сумма технологий – это серьёзно. Такая сумма, таких технологий, – пожалуй, если удастся заскочить в этот состав, можно будет надеяться всё-таки куда-нибудь и добраться! Придётся меняться. Он прав.