Девочка лежала на высокой кровати, – такая крошечная, с жутким гипсовым воротником на шее. В палате горел свет, и широко распахнутые глаза Сонечки неподвижно – так почудилось Елене – смотрели в потолок.
– Сонечка! Милая…
– Леночка, – девочка попыталась повернуться, но у неё не вышло, и она выпростала руку из-под одеяла, протягивая её к Елене. – Ты приехала!
– Не говори, милая, и не двигайся, тебе нельзя! Я сейчас, милая, – Елена опустилась на стул у кровати и взяла ладонь Сонечки в свои. – Я здесь, родная. Я с тобой.
Не реветь, прикрикнула на себя Елена, не смей реветь, не сейчас! Потом, когда-нибудь. Когда всё закончится.
Елена прижала ладонь Сонечки к своей щеке и замерла, зажмурившись, стараясь не позволить слезам брызнуть из-под век.
Пальцы девочки – холодные, беззащитные, с коротко остриженными ногтями – шевельнулись:
– Леночка? Ты не спишь?
– Нет, солнышко. Нет, – конечно же, я не сплю.
– Ты видела Павлушу? И Олесю?
– Да, милая.
– Правда, они хорошие?
– Замечательные. Самые лучшие.
– Олеся не говорит, – тихо вздохнула Сонечка. – Но я же знаю. Мамы и папы… их больше нет, Леночка? Совсем-совсем?
– Маму с папой забрали к себе ангелы, милая, – прошептала Елена, гладя Сонечку по руке. – Так бывает, родная. Их унесли на небо, и они тоже стали ангелами. Нам, оставшимся здесь, очень трудно в это поверить. Поверить, – им там хорошо и спокойно, хотя и грустно без нас. Наверное. Поэтому говорят, – ангелы заботятся о своих близких на земле. И мама с папой станут заботиться о тебе, милая. Никому не позволят тебя обижать. А я буду рядом с тобой. Всегда – рядом с тобой. Что бы ни случилось. Слышишь?
– А почему ангелы не взяли меня?
– У тебя ещё очень много дел здесь, на земле, дорогая. Не бойся. Ничего не бойся, родная моя.
– А почему ты прилетела одна, Леночка? Где же Дракон?
– Дракон обязательно прилетит. Я обещаю. Совсем скоро, дорогая. Прилетит и заберёт нас с тобой в Прагу. Ему только нужно ещё кое-что сделать. Тебе ведь понравилось в Праге? Ты не откажешься с нами туда полететь?
– Я полечу, Леночка, – громко глотнув, Сонечка посмотрела Елене в глаза. – Если ты хочешь. А Дракон тоже хочет, чтобы я полетела с вами?
– Ну, куда же он денется, – через силу улыбнулась Елена. – Закрой глазки, дорогая. Тебе нужно поспать.
– Я не могу спать, – девочка пошевелилась, устраиваясь немного поудобнее.
О господи, подумала Елена. Так это ещё и заразно?!
– Леночка, – проговорила девочка. – Леночка.
– Что, солнышко? Я здесь, здесь!
– Я тебя люблю.
– И я тебя очень люблю, – слёзы текли по щекам Елены, и сдержать их она уже не могла. – Я люблю тебя больше всего на свете, Софья Андревна. Слышишь?!
– Не плачь, Леночка, – попросила Сонечка. – А то я тоже заплачу. Ты же знаешь – Дракон терпеть не может, когда тётки сырость разводят. А вдруг он сейчас прилетит – а мы с тобой ревём тут, как две коровищи. А потом ещё Олеся придёт – и тоже разревётся. У неё и так губы всё время прыгают. Леночка! Расскажи лучше что-нибудь. Что-нибудь волшебное. Пожалуйста!
– Я не умею, – жалобно улыбнулась Елена. – Это Дракон у нас – сказочник.
Не только рассказывать мастер, подумала Елена, но и устраивать. Правда, на этот раз как-то совсем не по-сказочному вышло. Её опять затошнило, – Елене стоило немалых усилий справиться с собой.
– Ну, ты попробуй, – нахмурилась Сонечка. – Нельзя же так просто сдаваться?! А я тебе буду подсказывать в самых трудных местах.
– Хорошо, – Елена пододвинулась чуть поближе к девочке. – Наверное, ты права, – стоит рискнуть.
Она крепче сжала ладонями Сонечкину ладонь:
– В одном очень древнем и очень красивом городе жила-была маленькая девочка.
– Принцесса?
– Нет. Княжна, – улыбнулась Елена. – Её любили все вокруг, и она тоже всех любила. Ей казалось, так будет всегда. Прошло время, и девочка выросла, прочла множество разных книг, добрых и не очень, умных и глупых, и стала почти взрослой девушкой.
– Красавицей?
– Она нравилась многим. И нравилась себе. И жизнь казалась ей бескрайним зелёным лугом, под синим небом и ярким солнцем, по которому скачут прекрасные принцы на белых конях. Ей чудилось: ещё немного – и она встретит своего единственного, которого сразу же узнает, и он, усадив её перед собою в седло, обнимет и умчит в прекрасную сверкающую даль, где они будут любить друг друга, проживут вместе долго и счастливо и умрут в один день. Но этого не случилось.
– Почему?
– Она очень спешила, – усмехнулась Елена. – И однажды совершила ужасную, немыслимую глупость. Хуже, чем преступление – ошибку. Потом – не сразу – ей сказали: из-за этой ошибки она никогда не сможет родить ребёнка. И ей стало так плохо, – в тот миг ей даже расхотелось жить. Но у неё был стойкий характер.
– Как у стойкого оловянного солдатика?