– Сканда ла Фрайн не то имела в виду, – поспешил оправдаться Ингвар. – В переходе мы слышали смех Лисьей йотунши. Но её саму, естественно, не видели. Она же не существует. Только тень её души. Призрак. На вводной лекции нам рассказывали, что в Чёрную ночь в академию проникли йотуны. Они хотели не допустить укрепления академии, оплота магов, да и побольше жизней тех же магов забрать. Основатель академии, ректор Асбьёрн погиб в том сражении, как многие из магистров, но йотуны в итоге были раздавлены. Только одной удалось перехитрить магов и спрятать осколок своей души в переходах академии. С тех пор она и бродит там. И если её встретить, то необходимо испугаться и притвориться слабым. Ни в коем случае нельзя проявлять агрессию или применять магию.
Травовед слушал, чуть склонив голову на бок. На его лице всё ещё были улыбка и задорные ямочки, но взгляд из насмешливого стал глубоким. Смотрел он прямо на Хильди, но мыслями был далеко, однако ей всё равно захотелось сдвинуться хоть на полшажочка, уйти с траектории его задумчивого взгляда.
– Магистр Штейн? – позвал Ингвар.
Тот будто отмер, возвращаясь в реальность:
– Пожалуй, мне стоит побеседовать с ректором. Негоже технику безопасности выслушивать от адептов.
Торвальд прикрыл лицо подрагивающими от напряжения пальцами.
«Рано. Я слишком поторопился».
Зверь внутри метался, требуя немедленного восполнения опустошённых резервов. Будучи магом, Торвальд был с ним солидарен и даже на мгновение представил, как хватает недоумевающую Брунхильд и утоляет жажду, мало заботясь о её страхах.
«Нельзя. Она слишком хрупкая и пугливая. Если она отвернётся от нас, то закроется связь. Надо быть сдержаннее».
Сканд ла Фрайн привалился к стене из неотёсанного камня и втягивал в себя прохладу отсыревшей комнатушки. Сколько же сил ушло, чтобы отыскать её! Он перевернул все архивы, собрал по крупицам подсказки давно почивших друзей, взломал систему переходов академии, что в прошлом веке настраивал вместе с Асбьёрном. Свои заклятия поддались легко, но вот его… Асбьёрн был силён и дальновиден. Для безопасности адептов не жалел магических комбинаций. У Торвальда на перенастройку системы ушёл почти весь и без того скудный резерв, но он упрямо шёл по старинному следу.
И вот он здесь, в тайном логове ненавистного врага. Здесь и они – те, кто остался жив и маялся в пучинах хаоса. Те, кто томился в ожидании свободы, а может, давно позабыл о ней. Торвальд уже видел этот стеллаж, заставленный склянками всевозможных форм и размеров, обвитый йотунскими нитями. Век назад над этими банками бились лучшие умы, посвящённые в дело, но решения так и не нашли. Не успели.
Торвальд бросил яростный взгляд на чёрные нити, оплетавшие стеллаж, – запрещённая магия, гниль, пустившая корни в потаённом уголке академии.
Узнал он и стол. Тот самый – холодный, металлический, впитавший в себя так много и чужой боли, и его собственной.
И что теперь? Нашёл, добрался. Но с опустошённым резервом ему здесь делать нечего.
– Нужно возвр-ращаться, – прорычал Торвальд, ненавидя своё бессилие. – Нужно больше времени. Восполнить резерв, подобрать нужные артефакты, стабилизировать тропу… Вот тогда я вернусь. Обещаю, друзья мои.
Он коротко кивнул туманным склянкам и скрылся в магическом проходе.
Где-то вдали, среди переплетения коридоров раздался хохот, отчётливо и неожиданно. Зверь внутри поднял шипастую морду, напряжённо вслушиваясь, а Торвальд уже вбежал в новый переход. Тропы открывались одна за другой, отнимая последние силы, но коридоры были пусты.
Звук её голоса повторился, влетев в грудь горящей стрелой.
– Лагерта, – прошептал Торвальд и ударил кулаком по кладке перед собой, последние крупицы магии голубоватыми искрами бесполезно слетели с кончиков пальцев. – Ла…
– Гвар! – За стеной раздался приглушённый возглас.
– Брунхильд?! – удивлённо спросил Торвальд, а Зверь согласно кивнул, раздувая ноздри. Запах весеннего дождя со сладкой ноткой ночной фиалки промелькнул средь затхлой вони переходов.
Нещадно царапая кожу мочалом, Хильди бурчала под нос ругательства. Она злилась на Йоргена, на Ингвара, на академию, но больше всего на саму себя.
– Всё выскажу этому рыжему гаду! Вот даже не удивляюсь теперь, что маги ненавидят слабаков, если у тех такие развлечения. Сынки аристократов. Богатенькие сволочи. Тьфу!
От резкого движения розмариновая вода выплеснулась из купели на пол.
– Швахх!
Хильди наскоро обтёрлась полотенцем и принялась размазывать по коже ароматное масло, окончательно скрывая запахи дня.
«Хорошо хоть Торвальд задержался. Повезло в этот раз. Да чтоб я ещё раз пошла на поводу у Йоргена! Да ни за что! И взнос платить не буду, всё равно нет таких денег».
Хильди расчесала гребнем влажные волосы и привычно перекинула их на правое плечо.
«Надо поговорить с Торвальдом. Объяснить, что прикосновения других парней происходят ненамеренно. Он поймёт. В коридорах тесно, он же и сам видел, как там все толкаются. А потому на мне могут оказаться чужие запахи, так ведь?»
