«А стена должна пасть?» спросил Криспин Оллертон, который оглядывал её не менее критически, чем Берна. Он уже придумал стратегию, вздохнула про себя леди Берна. «Не то чтобы должна… Но что-то мне подсказывает, что она падёт», отвечала профессор Яга. «У кого меньше шишек останется — тот и молодец. Ну что, справитесь? Я вам тут помощничков припасла». Лепреконы, как потом выяснилось, — существа безвредные, разве что язык показывали и засыпали золотом, отвлекая самых нестойких соблазнительным блеском монет. А докси, вздохнула Берна, — это докси. В следующий раз, решила она, я варю доксицидное зелье и без него — никуда. «Ну, и ещё один помощник попозже подойдёт», добавила Яга. Насчёт тролля не сомневался никто.
«Что-то ярких цветов захотелось», промолвила профессор, расправляя складки на плаще. «Поделю-ка я вас на оранжевых и бирюзовых». И после жеребьёвки она окрасила их всех Колоратусом. Берна поморщилась, оказавшись в одной команде с почти полным составом Рейвенкло, а уж когда Мэгги с горящими глазами выскочила вперёд и выпустила на свободу свой внутренний Гриффиндор… Что она там выпила? Вроде бы зелье бодрости и что-то ещё сверху? Профессору Яге стоило бы запретить на своих уроках не только зелье, обостряющее интеллект, а вообще всё, что хоть как-то влияет на мозги. А то у некоторых они и так набекрень…
Берна вынырнула из своих мыслей, услыхав голос самой Зореславы Яги. Она подняла голову и увидала перед собой наставницу по боевой магии всё в том же бордовом плаще. К своему удивлению Берна отметила, что вид у неё был весьма утомлённый. Поймав взгляд Берны, та прищурила глаза, затем коротко кивнула и произнесла.
— Ты продержалась сегодня до конца, Берна Бирюзовая. С мечом уже управляешься так, что любо-дорого глядеть. Прям самой такой захотелось — да где уж нам, неродовитым! А уж как глянешь на тех, кто тебе не по нраву, так у них мурашки по коже! Это и вовсе в боевой магии самый главный приём. Двадцать баллов даю тебе сегодня за занятие.
— Спасибо, — пробормотала Берна, и остро пожалела, что её не слышит ни Мэгги, ни Августа. Последняя отделалась сегодня Сомниумом и полным опустошением внутреннего сосуда — так что она просто отсыпается в своей роскошной отдельной спальне.
Яга тем временем перешла к койке Айлин, которая отложила свой пергамент и, как заметила Берна, крайне напряглась. После долгого молчания профессор сложила руки перед собой и промолвила:
— Ну, что ж, Айлин Оранжевая. Говори, как есть, что там накипело на душе.
— Я… я просто понять не могу. Почему… так же нечестно! Несправедливо! У нас был план…
— Отличный у вас был план, — подтвердила Яга.
— Так почему же вы не дали нам его воплотить? Ведь это же вы? Не совпадение же?
— Это ты о чём?
— Мы с Августой пытались растопить стену при помощи магии воды — как вы меня сами учили со стихией работать. Где ж мне было это применять, как на этом самом уроке?
— Не кипятись! Думаешь, льда тебе жизнь не заморозит более да снега не наметёт?
Айлин после этих слов слегка успокоилась и продолжала свою тираду более размеренным тоном. Берна уселась на койке поудобнее.
— Может, и наметёт, но вот эту стену мы с Августой уже почти готовы были растопить. Почему те два докси напали в решающий момент именно на меня и Селину, уже готовую забросить наши шишки в тыл бирюзовым? Да, я ошиблась, вверив нашу защиту Камилле Паркинсон, но даже без неё и слизеринцев, которые вслед за ней полетели драться, у нас оставались защитники! Хотя бы Бенедикт! Докси смогли нас цапнуть только из-за тумана — а я сама рассеивала его до начала всей операции! Откуда он снова взялся?!
Берна украдкой глянула на Айлин — слёзы стояли у той в глазах. Да уж, обидно, что и говорить. А не надо было ставить Камиллу, которая и сама не прочь была покомандовать, на защиту, ехидно прошептала леди Берна. Но и в авангард её ставить было незачем, отметил сэр Зануда: лучше, чем шестеро лихих гриффиндорцев, атакующего отряда и не собрать. Тупиковая ситуация. Берна глянула теперь на профессора Ягу — что ж вы на это скажете? Та расцепила руки, присела на край кровати и тихо проговорила.
— Ну, прости, Айлин. Виновата я, напустила туману. Сама понимаешь — все тролля ждали, а вы уж были готовы победить в самом начале боя! У меня на дубе профессора засели, что твои грачи на ветке: профессор Маклеод уж точно бы мне на голову свалился жёлудем-переростком. Но вот докси я не подсказывала, кого им кусать, — веришь мне?
— Верю, — проговорила Айлин со вздохом, и Яга накрыла её руку своей.
— А проиграть порой бывает ещё полезнее, чем победить. Верно тебе говорю. Что ж касается укуса доски — то это тоже не беда. Кого в конце зимы укусит докси, тому в начале лета повезёт в любви.
Айлин хмыкнула, а Берна невольно потянулась рукой к своему собственному укусу, думая о профессоре О’Доноване. Мэгги пробормотала что-то, ворочаясь на своей койке. Профессор Яга сжала руку Айлин, затем отпустила и поднялась.
