Спонтанные попытки магически отслеживать изменения систем в неравновесных состояниях неоднократно предпринимались волшебниками прошлых столетий, которые отталкивались от популярных со времён позднего средневековья представлений о знаковых полях. В наши дни для выявления закономерностей самоорганизации структур в разнородных системах (как немагических, так и содержащих волшебные элементы) используются синергетический подход и теория магического хаоса. Данные этих исследований послужили основой для недавнего эксперимента по построению фрактальных магических конфигураций, результатом которого оказались крайне интересные по своим свойствам и возможностям, но нестабильные системы. Целью моего исследования является обнаружение точек бифуркации в этих конфигурациях.
Гертруда Госхок, апрель 1348 года
Звуки побудочной волынки всё ещё завывали в голове Гертруды, когда она спускалась утром по парадной лестнице. Давненько мы не просыпались на рассвете и не выбирались на прогулку до завтрака, ворчала Молния, а ведь мало что сравнится с прелестью раннего апрельского утра. Но Гертруда с трудом поднялась даже от неумолимой волынки, и теперь больше всего хотелось вернуться обратно к себе на шестой этаж и забраться с головой под одеяло. Скользкие мраморные ступени сливались перед глазами — Гертруда пару раз чуть не споткнулась и теперь с досадой думала, не превратить ли их в горку с помощью Глиссео, чтобы попросту съехать вниз, как с ледяного склона.
За завтраком она без особого рвения взяла с блюда скон и налила в кружку молока. Совы влетели в Зал, неся утреннюю почту, и перед ней тут же выросла привычная гора писем. Гертруда быстро просмотрела их, и настроение тут же поднялось при виде почерка Кристины. Она немедленно распечатала письмо, сломав печать с единорогом, и принялась читать, похлёбывая молоко. Мелодия голоса Кристины зазвучала в её голове, изгоняя эхо утренней волынки.
Кристина писала о торжестве в Лондоне, при дворе Эдуарда Третьего, которое ей вскоре предстоит посетить вместе с братом, королём Давидом: «Ты себе не представляешь, Гертруда, как мне хочется нынче, чтобы ты отбросила все прочие занятия и принялась за воплощение твоей цели, вложенной в Конфигурацию, ибо количество глупости в мире порой ошеломляет. Вот послушай: уронила некая графиня Солсбери на балу подвязку с ноги — ты уж извини, что я тебе о таких мелочах пишу, но именно они порой служат кормом для глупости. И вот король Эдуард, дабы унять смех придворных, поднял её и заявил, что нечего стыдиться. Ну, нечего и нечего — казалось бы, инцидент исчерпан, но нет — король решает пойти дальше и выдумывает рыцарский Орден Подвязки! И вот именно на бал по поводу учреждения этого Ордена, смысл которого непонятен никому, я и вынуждена отправляться в конце апреля. Надеюсь, что никому не придёт в голову требовать от всех присутствующих дам падения подвязок во время танцев!»
Гертруда улыбнулась и надкусила скон. Воистину, глупость — серьёзный противник, раз ей служат монархи и их рыцарские ордены. Она вернулась к письму: «А девиз у Ордена и вовсе прекрасен: Honi soit qui mal y pense[1]. Ты слышала что-либо более бессмысленное в своей жизни? Ну, кроме ответов некоторых учеников во время экзаменов, конечно. Впрочем, я цепляюсь к мелочам, что доказывает, что Глупость неизлечима даже в лучших из нас (но в тебя я верю). На самом деле, отношения с Англией у нас сейчас как нельзя лучше — наша победа над чумой по всей Британии немало этому способствовала. Евреев, которых не раз обвиняли в распространении заразы, оставили, наконец, в покое. А весть о том, что сейчас маги принимаются за следующую цель Конфигурации — поиски лекарств от всевозможных болезней, — взбудоражила Лондон: теперь уж никто не кричит, что ведьм нужно сжигать на костре. Напротив — знать ищет дружбы с волшебниками, и простой люд толпами валит смотреть на площадные кукольные забавы, в которых чародеи свершают немыслимые чудеса, а порой и обводят вокруг пальца священников и святых. Церковь, конечно, продолжает грозить всем анафемой и адскими муками, но авторитет её стремительно падает. Остаётся ждать от Папы Климента VI то ли буллы об отлучении английского короля от Церкви, то ли прошения о присоединении оной к Хогвартсу. И думается мне, Гертруда, что помощь магам в Европе, которую нам по силам будет им оказать, важнее сейчас всех прочих дел. Эх, вот так всегда — снова борьба с Глупостью откладывается до лучших времён. Разве что ты трактат напишешь о том, как покончить с ней раз и навсегда?»
— Не забывай про свой скон, Гертруда, — отвлёк её от чтения голос Меаллана, и она отложила письмо. Укусив ещё раз скон и запив его молоком, она взглянула на него и сказала:
— Письмо от Кристины читаю. В Лондоне дамы роняют подвязки, из чего возникают рыцарские ордены.
— Прямо из подвязок? А сэр Тристан знает об этих чудесах трансфигурации?
