Она достала с ближайшей полки книгу в болотно-зелёной обложке — ею оказались «Заклятия Мервина Зловредного». Портрет Мервина, мага с пепельным цветом лица и кривой палочкой, Гертруда помнила по Хогвартсу — он охранял один из тайных проходов в замке и не раз хвастался изобретением заклинания Фурнункулус. Гертруда полистала страницы — судя по всему, это было одним из самых невинных заклинаний Мервина. Рядом с ним на полке стояли «Метаморфозы» Овидия на латыни с французскими комментариями, написанными анонимным волшебником. Далее — один из ранних трудов по Трансфигурации, также на французском. Тут прослеживается некий мотив, говорили свивающие узоры мысли, но чтобы его отследить, придётся пересмотреть много книг. Гертруда поставила на место учебник по трансфигурации в алой коже, а затем и «Метаморфозы» в его выцветшем переплёте, напоминающем по цвету бледный нарцисс.
Вердигри, подкинула ей память словцо — вот какого цвета тут стены! Французское слово vert-de-gris — его использовал как-то Седрик. Не совсем цвет герба Мэлфоев, но где-то рядом. Новая мысль оторвалась от общего хоровода и свилась в волюту, подобную украшениями над входной дверью. Гертруда зашла в первую комнату анфилады — тут стены были цвета ириса, и этот же цветок использовался в орнаменте по краям стеллажей. Во второй комнате царил оранжевый цвет, но орнаменты напоминали скорее листья крапивы. Гертруда пошла дальше и определила следующий цвет как лесную землянику и только тут отметила, что и древесина полок в каждой комнате другая. В «земляничной» комнате она узнала породу ясеня. Следующее помещение было цвета лаврового листа, а украшениями служили узоры из плюща. Далее — белый, со сплетениями красных цветов, адонисов, по краям. Шестая, она же последняя, дразнила глаз желтизной и очередным орнаментов из листьев — тоже крапива? Нет, скорее мята. И оттенок жёлтого — как цветы сушёного зверобоя. Только под «зельем умников» возможна такая точность в определении оттенков, вздохнула Гертруда. Сенсибилитас поможет увидеть гораздо больше оттенков, но ты ведь будешь их переживать, а не осмыслять.
Осмыслить оттенки — что хотел ими сказать Арман Мэлфой? Впрочем, его цветофантазии не так важны, как то, что от них могло остаться после нескольких столетий беспорядочного использования библиотеки его потомками. Обострённый разум Гертруды улавливал также различные степени выцветания обоев и обложек книг — захотелось вычислить коэффициент выцветания. Возможно, придётся это сделать!
А вот насколько вероятно, что трактат о хоркруксах находится тут ещё со времён основания библиотеки в XI веке? Если это так, то постигнуть его систему и пути её разрушения было бы крайне полезным. А если нет — то нужно скорее искать знаковые подобия, которые создавали, сами того не ведая, читатели-Мэлфои. Первая задача кажется более осязаемой и решаемой в данных условиях, так что с неё и начнём.
Она вернулась в круглый зал и ещё раз посмотрела на змею — малахитовая зелень была словно переходом от лазури небес на потолке к вердигри стен и обивке мягких кушеток. Семь окон, шесть арочных ниш между ними. Нужно искать подобия. Шесть ниш — шесть цветных комнат. Гертруда снова зашла в анфиладу и осмотрела её строение. Похоже, что изначально это была просто галерея, предназначенная для портретов. Перегородки, создавшие череду комнат, судя по всему, установили тут позже — зачем? Перестало хватать места для книг в главном зале? Тогда принцип, который Арман заложил в исходное пространство, могли перенести на эти комнаты. Как же расшифровать эти оттенки и растительные мотивы? Слишком много возможных вариантов… И в какой момент попытки следовать системе были заброшены, уступая дорогу хаотичности?
И снова Гертруда стояла в круглом зале и рассматривала переплёты книг. Что если Арман разбил все книги по темам — шесть основных тем по количеству стеллажей между окнами — и каждой теме присвоил определённый цвет. Тогда он же либо его потомок уже взял именно эти цвета за образец, когда добавляли дополнительные стеллажи в шести комнатах.
Какого цвета первая комната? Жёлтая? Гертруда сосредоточилась только на жёлтом цвете, вертясь вокруг своей оси. В стеллаже, который находился справа от входа, было больше жёлтого цвета среди переплётов. Она подошла к нему и вытянула одну из жёлтых книг. «Ошибки французских алхимиков», прочла она название на латыни. Ещё одна жёлтая — «О первоистоках магии стихий». Для сравнения она взяла фолиант другого цвета — альмандинового, как подсказало ей «зелье умников», и обнаружила трактат о свойствах печени дракона. Да, Николас не обманул — драконы тут водятся.
