Уточнённым Сомниумом, который вслед за уточнённым Репелло стал отличительным заклинанием Этьена де Шатофора, следует пользоваться осторожно, так как он может вызвать привыкание. О данных чарах давно ведётся диспут в магическом сообществе: сторонники «навеянных сновидений» подчёркивают их терапевтическую ценность и способность укреплять дружеские связи между людьми, а противники настаивают на том, что «реальность сновидений» может показаться магу привлекательнее настоящей жизни и погрузить его в пучину призрачных фантазий. Так что, юные друзья, если вы склонны убегать от реальности в мир своего воображения, не злоупотребляйте уточнённым Сомниумом!
Гертруда Госхок. 26 ноября 1347 года
Воскресным утром Гертруда проснулась поздно и долго не вставала с постели. Мысль об утренней прогулке на метле не казалась заманчивой, и даже запланированное на сегодня занятие с Седриком не наполняло её обычным энтузиазмом. Самой приятной мыслью было то, что сегодня — выходной, а значит, у неё нет уроков в Хогвартсе. Кажется, я переутомилась за прошедшую неделю, подумала она. Возможно, посещение танцклассов у неутомимого Киприана Йодля было лишним?
Тем не менее, освежить в памяти танцы казалось ей необходимым, чтобы не ударить в грязь лицом на рождественском балу. После Майской конфигурации она стала, ни дать ни взять, знаменитостью, и теперь на любом общественном сборище многие не сводили с неё пытливых глаз. Любой её промах не останется незамеченным, включая даже промах в джиге или кастарвате. К тому же, она просто любила танцевать. Образ Ричарда непрошенным гостем возник в её памяти — Ричард танцевал прекрасно, просто пугающе хорошо, и оказавшаяся с ним в паре дама неизменно попадала под его очарование, а её ноги покорно выделывали всё, что нужно, даже если она не знала этого танца…
Уточнённая Таранталлегра — вот что это было, твёрдо сказала себе Гертруда, резко поднимаясь с постели. Молния послала огненный шар так далеко, что он взорвался где-то за горизонтом. Гертруда умылась водой из кувшина, подготовленного домовиками, разбив на её поверхности тонкую корочку льда. Конец ноября был холодным — порой выпадал снег, но на следующий день он неизменно таял. Гертруда хотела развести огонь в камине, но, услыхав волынку, призывающую на завтрак, решила, что общение со стихией подождёт, а согреться можно и в Главном зале, где всегда тепло. Быстро одевшись перед зеркалом, которое наконец-то поселилось в её комнате, она направилась к парадной лестнице.
Когда она заходила в зал, совы как раз доставляли утреннюю почту, а в дверях Меаллан о чём-то оживлённо беседовал с Филлидой Спор. Когда Гертруда заняла своё место за учительским столом и принялась за овсянку (тоже без энтузиазма), он вскоре присоединился к ней и тут же по своему обыкновению завёл разговор.
— Что-то ты выглядишь уставшей, Гертруда.
— Ты прав, я сильно утомилась за неделю, — ответила она, перебирая письма. — Я думаю, что я зря так усердно взялась за танцы.
— Ну что ты, танцы — это святое. Судя по этой горе писем, ты переусердствовала с перепиской со всей Британией. Или в занятиях со своим учеником?
— Мне пишут желающие помочь в делах Конфигурации, Меаллан. А насчёт ученика ты, может быть, и прав.
— Так сделай с ним перерыв. К чему так часто с ним заниматься?
— Он делает успехи…
— Тем более — можно с чистой совестью сбавить темп.
— Уж не знаю. Я отменила пятничное занятие с ним, чтобы попасть на танцкласс. Но сегодня у меня и правда мало сил. Впрочем, можно же выпить укрепляющего.
— Гертруда, ну ты как дитё малое. Можно же и просто отдохнуть. А я помогу тебе.
— Да? Это ещё как?
— Не буду звать тебя сегодня ночью в поход за помётом лунного тельца.
— Что, тебя отправляют сегодня со студентами?
— Ну, не совсем. Отправляют профессора Спор, а она настояла, чтобы пошёл ещё хотя бы один преподаватель, и уговорила меня. И, видишь, я совершенно не пытаюсь уговорить тебя пойти с нами.
— Да уж, вижу, — рассмеялась в ответ Гертруда. — Так во сколько нужно быть готовыми?
— Нет-нет, я правда тебя не зову. Вот когда я пойду собирать дикий горный чабрец на благоуханных холмах в июльский полдень, я обязательно спрошу — пойдёшь ли ты со мной, Гертруда? А помёт лунного тельца холодной ноябрьской ночью — нет, мне бы и в голову не пришло тебя приглашать.
— Значит так, я отменю занятие с Седриком, высплюсь днём и вечером пойду с вами. Кто там из учеников провинился и отправляется сегодня на подвиги и во сколько выход?
— Через час после восхода луны. Как водится, идёт половина Гриффиндора, несколько хаффлпаффцев — сэр Тристан счёл их недостаточно прилежными в тонком искусстве трансфигурации, и, кажется, по одному игроку в квиддич от Слизерина и Рейвенкло, которые подрались во время совместной тренировки.
— Вот и отлично, значит, будет весело. Если честно, мне просто хотелось хоть раз последовать предсказанию «следуй за лунным тельцом» — в буквальном смысле. В метафорическом мы этот путь уже проделали, конечно. Но кто знает эти пророчества? Может, мне стоит хоть раз пройти его собственными ногами?
