Создание хоркрукса сводится к некоему ритуалу, в результате которого маг отрывает часть от своей души и помещает её в выбранный им заранее «сосуд» — как правило, какой-то артефакт. Проводится это с целью обеспечить магу бессмертие, ибо, пока существует «сосуд», вмещающий часть его души, сам маг тоже не может умереть. Страницы с описанием ритуала из книги были вырваны, но, судя по длинному списку артефактов, которые чародеи пытались использовать в таких целях (зачастую неудачно), особенной популярностью пользуются украшения, оружие и всевозможные чаши, хотя практикуется и применение живых объектов. Что касается ритуала, то он, по всей вероятности, включает человеческие жертвоприношения. Вспоминая некоторые ритуалы магглов из различных еретических сект…
Пробежав глазами то, что следовало далее, Берна решила, что маггловские еретические ритуалы никак не продвинут её на тернистом пути к познанию. Вот и стоило ради этого брать разрешение у Морганы, а затем ещё и к профессору Яге плестись. Чтоб они им всем приснились, эти полные загадок зрачки сфинкса! С другой стороны, осознала Берна, вполне можно уйти пораньше из библиотеки и использовать время, которое осталось до занятия по танцам, для тренировки работы двух палочек и Сенсибилитаса. Внутренний голос напомнил ей, что ещё следует начать заниматься окклюменцией, а также и с мечом неплохо было бы поупражняться. Берна вздохнула и нарекла этот внутренний голос «сэр Зануда». Поздравляю, Берна Макмиллан, вот и сделан твой первый шаг в сторону окклюменции, торжественно произнёс сэр Зануда.
Пока Берна дошла до квиддичного поля, где она собиралась оттачивать сегодня Сенсибилитас, у неё уже было две субличности: «сэр Зануда» и «леди Берна». Леди Берна отметила, что не пристало слизеринке являться на совместной тренировке Хаффлпаффа и Гриффиндора да ещё жевать при этом пирожок на глазах у всех, но сэр Зануда настоял, что раз решили практиковаться в этом месте, то так и поступим, кто бы там вокруг ни летал на мётлах. Пирожок магии не помеха, а о стиле думать необязательно.
День был ясный, маловетреный, но очень холодный, так что Берна, пристраиваясь на трибуне и кутаясь в подбитый мехом плащ, пожалела, что пришлось отдать сваренное ею согревающее зелье. Что ж, значит, самое время начать уточнять Сенсибилитас — если сейчас усилить телесные ощущения, то можно и окоченеть. Перебрав мысленно оставшиеся четыре органа чувств, она остановила выбор на зрении.
Берна оглядела поле и трибуны. Под крики профессора Маклеода игроки летали кругами, перестраиваясь по команде. Рядом с Маклеодом стоял Киприан Йодль в синем плаще — ну, конечно, он ведь у нас мастер на все руки, язвительно произнесла леди Берна. И танцор, и на дуде игрок, и на метле ездок. На трибунах народу было немного — полдюжины хаффлпаффцев и ещё меньше гриффиндорцев. Немного в стороне от всех сидели Хизер Макфасти и Захария Мампс. Это что же, у них теперь квиддич — место для романтических свиданий? снова защебетала леди Берна, но её прервал сэр Зануда. Надо сосредоточиться на заклинании и его уточнении, настойчиво сообщил он. Берна вздохнула и последовала этому указанию.
Для начала она закрыла глаза и поочередно обратилась к остальным четырём чувствам. Во рту всё ещё ощущался вкус печёных яблок из пирожка, замерзшие руки пахли можжевельником — этот запах был с ней постоянно благодаря её можжевеловой палочке с волосом единорога; телу было холодно и неуютно на грубо сбитой деревянной трибуне, также немного жали сапоги, из которых Берна уже вырастала. Её тонкий слух вынужден был сейчас выносить лишённые всякого благозвучия выкрики Маклеода и игроков, а также постоянные шушуканье и хохоток зрителей. Где-то каркали вороны. Мысленно Берна отвлеклась от всех этих ощущений, приглушила звуки и сосредоточилась на зрении. Концентрические круги и размытые пятна расплывались на внутренней стороне её закрытых глаз. Она сжала палочку, направила все мысли на зрение, произнесла «Сенсибилитас» и открыла глаза.
