Опасения относительно общих намерений Ханоя могли только возрасти из-за неожиданного военного «всплеска активности» в Южном Вьетнаме, который сломал затишье, длившееся с сентября. 31 марта, когда переговоры с Ле Дык Тхо все еще продолжались и было получено наше предложение о деэскалации, северные вьетнамцы развернули серию атак по всему Южному Вьетнаму. За неделю погибло 138 американцев, почти вдвое больше, чем за предыдущую неделю.
На таком фоне 4 апреля проходила наша кульминационная парижская встреча. Ле Дык Тхо обвинил нас вновь в беспорядках в Камбодже и фактически объявил войну новому камбоджийскому правительству:
«Вы полагали, что сможете использовать группку военных реакционеров для свержения Нородома Сианука, и все закончится. Но это слишком упрощенный подход в мышлении. Именно ваши действия там заставляют весь народ Камбоджи выступить против агентов США. Они откликнулись на призыв принца Сианука и Национального фронта Камбоджи. Кхмерский народ поднялся со всей своей мощью в защиту свободы и нейтралитета».
Я отвел все его обвинения категорически, но безрезультатно:
«Я отчаянно пытаюсь убедить специального советника в том, что мы не имеем никакого отношения к тому, что случилось в Пномпене, хотя я польщен тем высоким мнением, которое у него сложилось в отношении наших разведывательных служб. Если они узнают о том, что я здесь, я расскажу им об этом высоком мнении.
С другой стороны, все можно легко проверить. У кого есть войска в Камбодже? Не у США. И я вновь поражен лингвистическими способностями народа Индокитайского полуострова. Мы обнаружили, что Патет Лао говорит по-вьетнамски, а теперь мы находим такой же феномен и в Камбодже.
Мы продемонстрировали огромную выдержку в отношении баз, которые вы держите в Камбодже и которые вы используете для атак на наши войска во Вьетнаме…»
Я подчеркнул Ле Дык Тхо, что Соединенные Штаты не пытаются расширять войну. Для того чтобы добиться этой цели, я предложил обсудить
«Мы готовы обсудить немедленно конкретные и специфические меры для гарантии нейтралитета Камбоджи и сделать абсолютно все необходимое, чтобы она не стала пешкой в любом международном конфликте. Мы готовы это сделать на двусторонней основе с вами или в международных рамках. …Мы будем готовы рассмотреть рациональные предложения, направленные на гарантию того, чтобы Лаос и Камбоджа – особенно Камбоджа, поскольку это новая проблема, – оставались нейтральными».
Но Ле Дык Тхо отклонил любое предложение о нейтрализации или о международной конференции. Конфликты в Индокитае сейчас превратились в один, как утверждал он, и даже не захотел обсуждать ограничение войны Вьетнамом. Камбоджа стала театром военных действий, и Ханой не потерпит никаких обсуждений вопроса о сохранении ее нейтралитета. За более чем три недели
«У трех народов Индокитая – вьетнамского, лаосского и кхмерского – сложилось традиционное единство в борьбе против колониализма. И вам его не сломить. А теперь, столкнувшись с расширением войны Соединенными Штатами и распространением ее на Камбоджу, эти три народа продолжат бороться до самой победы, независимо от того, какие жертвы придется понести».
Согласно Ле Дык Тхо, не может быть никаких официальных соглашений по нейтралитету Камбоджи. Вместо этого режим, который захватил власть в Пномпене, должен быть свергнут: «Мы не признаем правительство Лон Нола – Матака. Мы поддерживаем пять пунктов Нородома Сианука. Мы убеждены в том, что до тех пор, пока правительство Лон Нола – Матака остается в Камбодже, камбоджийская проблема не может быть разрешена».
В Камбодже, как и во Вьетнаме, мы теперь столкнулись с предложением о том, что единственным ключом к миру является свержение установившегося правительства (которое многие государства, включая Советский Союз, продолжали признавать). Представитель Генерального секретаря Организации Объединенных Наций У Тана объявил 6 апреля о том, что Организация Объединенных Наций будет «иметь дело с властями, осуществляющими эффективный контроль над ситуацией в Камбодже», фактически признав правительство Лон Нола.
В Камбодже, как и во Вьетнаме, имел место отказ от переговоров и преднамеренное расширение войны со стороны Ханоя. В Камбодже, как и во Вьетнаме, Ханой готов обсуждать только захват полной власти. Следовательно, ситуация в Камбодже поменялась коренным образом. Тремя неделями ранее мы в целом предпочли бы, чтобы Сианук оставался у власти. Теперь же, если бы он вернулся, благодаря военному давлению со стороны Ханоя и как его орудие, вся Камбоджа превратилась бы в прибежище противника. Маршрут снабжения через Сиануквиль стал бы угрожающим вдвое больше. Нашим кошмаром, как указывалось в штабном документе планирования от 1 апреля, было правительство Сианука, в котором доминировали коммунисты, обеспечивающее безопасные убежища и базы снабжения для ВК/СВА».
