Вернувшись, подросток стал гораздо лучше понимать Питера. Его жесткость в паре с терпением, когда дела касались Тархистана. Тонкая грань, по которой они гуляли, разделяющая открытую вражду и хрупкое перемирие, нуждалась в осторожной и умелой поддержке. Поведение брата после первого похода приобрело ясность, ведь тогда Верховный король обходил ристалище стороной, а от спаррингов и вовсе отказывался. Эдмунд только сейчас осознал, почему. На тренировках учишься сражаться. Война учит убивать, и пока разум не станет столь же сильным, как и тело, рефлексы могут возобладать над ним, и трагедии тогда не миновать. Без поддержки старшего брата адаптация к мирной жизни заняла бы куда больше времени. Питер давал ценные советы, а младший король полагался на его опыт, ибо вздрагивать от каждого шороха и уговаривать себя не отстраняться, когда Люси обнимала его, было невыносимо. Государь не настаивал – он мягко направлял, не зная, что пока в силах Эдмунда, а с какими мерами следует повременить. Ведь они так разительно отличались друг от друга: что Питеру далось относительно легко, для подростка становилось тем еще испытанием. Недоверчивый, подозрительный, он в штыки воспринял предложение оставлять меч в комнате. Выйти из покоев безоружным было для него равно что голым прогуляться перед вражескими лучниками! Однако в этом совете было здравое зерно: если не за что хвататься, то и поранить никого не выйдет. По крайней мере, серьезно. Эдмунд был находчив, что подтвердилось не в одном бою, и вполне мог использовать в качестве оружия не предназначенный для того предмет. Например, щитом он умудрился воспользоваться нестандартно, подобрав его с земли и врезав по голове противнику. Ореиус даже похвалил его за сообразительность. Но во дворце найти подходящий инструмент было сложней, и с большим трудом подросток оставил верный меч в покоях. В первый день было дико трудно и страшно. С пояса исчезла привычная, обнадеживающая тяжесть, но второй раз дался легче. Постепенно нужда ощущать клинок под рукой исчезла, но перед сном Эдмунд до сих пор клал под подушку нож. На всякий случай.
Умение разумно распределять свое время никуда не делось. Помимо работы оставались и свободные часы, так что мальчик часто поднимался на облюбованную башню, но не для того, чтобы насладиться одиночеством и потосковать. Здесь, на огромной высоте, не было любопытных зевак, что помешают серьезному разговору, а вот собеседник доберется досюда с легкостью. Именно его и ждал Эдмунд Справедливый, свесив вниз ноги, любуясь открывающимися с башни видами и слушая крики птиц, кружащихся вокруг башен Кэр-Параваля.
Никто не сумел бы заметить Меара, настолько тихо он летал. Крылья филина устроены таким образом, чтобы жертва не узнала о надвигающейся с небес смерти до последнего момента. Эта птица была самым неслышным ночным хищником из всех существующих в Нарнии, но тем не менее Эдмунд почувствовал его появление. Не слухом, а спиной, кожей, которой коснулись еле заметные потоки воздуха. Филин опустился на площадку башни и оставшийся путь преодолел уже пешком – это выходило у него довольно неуклюже. Подросток погладил своего неизменного товарища по твердым, жестким перьям, и тот легонько клюнул его пальцы, приветствуя в ответ. Благодаря Меару и его подручным Эдмунд узнавал загодя о готовящихся атаках на нарнийцев, избегал опасных засад и строил свои, куда более успешные. Опыт, приобретенный в походе, был ценен не только как боевой. Теперь младший король знал, что война – это не только звон мечей и лязг доспехов. Огромную роль играет разведка. Искусный шпионаж может перевернуть ход всей войны, дать уступающим силам преимущество, которое сломит врага в два счета. Нужно только вовремя услышать то, что не предназначается для твоих ушей, и использовать эту информацию с умом… И ситуацию из-под контроля не выпускать, для чего филин и прилетел.
- Никаких изменений пока нет, хвала Аслану, - ворчливо отчитался Меар, переступая на месте. Эдмунд достал из кармана завернутые в ткань кусочки свежего мяса – хотя в Нарнии и не привечали охоту, королевские гепарды и львы не могли обходиться без обычной своей пищи. Так что для короля раздобыть угощение для своего помощника было делом одной минуты. Птица щелкнула клювом, проглатывая лакомство, и довольно сощурилась. – Все тихо. Воины сдерживают врагов, стягивающихся туда, и тщательно следят за тем, чтобы они не покидали проклятого замка.
- Пусть и дальше не теряют бдительности. Нужно быть готовыми ко всему, - велел мальчик, устремляя взгляд на запад, где должен был поблескивать ледяной дворец.
- Не думаю, что они выйдут наружу. Цель их явно не в том состоит. Поодиночке их легко перебить, а из такой цитадели вырвать будет сложнее, - мудро подметил филин.
