Как такое могло произойти? Ведь ничего же не предвещало беды в этот беззаботный вечер! Жизнь текла своим чередом, к которому Эдмунд начал привыкать. Кабы это была болезнь, окружающие наверняка бы заметили ее первые симптомы у мистера Тумнуса. Какой недуг способен так резко свалить здорового, в полном расцвете сил фавна с ног? Над Кэр-Паравалем словно нависла темная тень, заглушившая тот немаркий, теплый свет, что источали его белые стены. О Аслан, так много вопросов крутилось в голове, а ответов на них не находилось… Единственное сейчас важно – это мистер Тумнус. Только бы для него все обошлось – Эдмунд, как и остальные, очень его полюбил. Преданный товарищ, немало его выручавший, и просто добрый друг, которому без оглядки можно доверить свою жизнь, он был связан с младшим королем особой нитью. Ведь именно фавн простил то, что пострадал от предательства мальчика самым первым, – даже их знакомство состоялось в темнице Джадис, и печальная судьба его послужила точкой, начиная с которой Эдмунд начал осознавать, что же натворил. Тогда животворящее дыхание Великого Льва оживило каменную статую, протянувшую руки в безмолвном крике, и Тумнус спасся. Пусть же судьба будет к нему благосклонна и в этот раз…
Подросток приказывал себе успокоиться. У целителей в распоряжении имеется сок огнецвета, одна капля которого способна спасти умирающего и вернуть его к жизни. Сам Эдмунд испытал на себе его силу, вырвавшись из объятий смерти в битве при Беруне! Однако сердце подсказывало, что будь все так просто, лекари давно дали бы знак, что-нибудь сказали бы… Но из покоев до сих пор никто не выходил. Нужно набраться терпения и ждать. Терпения… Ощущения были схожими с засадой на войне: когда нужно затаиться в полутьме, а руки подрагивают от напряжения, и сердце бьется так, что слышит, кажется, весь ночной лес. Только вот тогда имелся смысл терпеть – от этого зависела победа в сражении. Сейчас же итог не был определен: это могло быть как величайшее из облегчений, так и… Нет, нельзя даже мысль такую допускать!
Тихий скрип дверей показался оглушительным. Из покоев выскользнул Питер – бледный, уставший. Люси вскочила на ноги, с мольбой, страхом и надеждой глядя на старшего брата. Эдмунд остался сидеть на подоконнике, сверля его взглядом. Верховный король глубоко вздохнул и произнес хрипло:
- Тумнус выживет. С ним все будет в порядке.
- Хвала Аслану! – выдохнула Люси и бросилась внутрь комнаты. Пожалуй, даже упомянутый Великий Лев был не в силах ее остановить. Не прошло и мгновения, как юная королева уже скрылась за дверями. Эдмунд шумно выдохнул. С души упал неподъемный груз. Друг будет жить. Только… Почему Питер не особо рад?
Эта деталь мигом погасила всю радость от услышанной новости. Младший король прищурился, одними глазами спрашивая его об этом. Брат мотнул головой, зовя за собой, и зашел в покои. Эдмунд последовал за ним. За прошедший час атмосфера в комнате изменилась до неузнаваемости. Там, где еще недавно царили веселье и безмятежность, сгустились мрачные, пугающие тени. Где только что звучала беззаботная болтовня, слышались тихие разговоры целителей, а на кровати, где ребята сидели, смеясь, спал изнуренный мистер Тумнус. Люси сидела рядом, сжимая его руку, и не могла наглядеться на его побледневшее, заострившееся лицо, белое, точно снег.
- У нас большие проблемы, Эд, - произнес Питер. Он в кои-то веки не знал, с чего начать. Последний час полностью выбил его из колеи. Собранность и четкость, с которой юноша действовал в ответственный момент, забрали все силы, а ведь сейчас они были так необходимы – то, что ему сообщили лекари, было поистине ужасным. И чтобы повторить это брату, потребовалось потратить последние крупицы. – Тумнус был отравлен.
- Что? – вытаращился на него младший король. В карих глазах промелькнуло недоверие в паре с ужасом. Теперь Питер видел, каким был его собственный взгляд в тот момент, когда целители высказали свою версию произошедшего. Эдмунд заморгал, пытаясь осознать этот страшный факт. – Но… Но как?
