- Вам стоило бы взять плащ потеплей, - произнес воин, склоняя голову перед высокопоставленным гостем. – Морозы крепчают день ото дня.
- Зато к цели движешься быстрее, - ответил Эдмунд, шмыгая покрасневшим носом. Меар взлетел с его плеча, а Онур, незримой тенью сопровождающий нарнийского правителя, подотстал, чтобы не мешать разговору. Он удивительно тонко чувствовал, когда его помощь требуется, а когда лучше отойти в сторону. – Как поживаешь, Маркус?
- Как обычно, король Эдмунд. Не жалуюсь, - сказал могучий северянин и усмехнулся. – Освальд жаждет встречи с Вами.
- Соскучился? Не знал, что меня в Теребинтии так любят… Или поссориться было не с кем, и Освальд заскучал?
- Не угадали. В горах отыскали еще прииски с драгоценными камнями. Он желает обсудить с Вами вопросы пошлин на торговлю.
- Надо же. Хотите Орландию в роскошных украшениях утопить? – ухмыльнулся Эдмунд. - Коварный план.
Король скрылся за дверями кабинета северного правителя, а его спутники остались снаружи. Онур несколько смущенно опустил глаза. Маркус не обладал такой тактичностью и повергал своей суровой, могучей фигурой в невольный трепет. А когда смотрел так пристально, и вовсе становилось не по себе. Моряк редко заговаривал с воином и оттого вздрогнул, когда тот подал голос:
- Так и служишь помощником капитана, парень?
- Я… Мне предлагали повышение, но я отказался. Я доволен тем, что имею, и не жажду большего, - чуть запнувшись, ответил Онур. Маркус задумчиво кивнул.
- Честолюбие – неплохое качество, но лишь когда приходится к месту. Зато преданность всегда в цене.
Моряк отвел взгляд. О его верности только Эдмунду судить, но парень старался во всем оправдывать доверие своего короля и друга. Хранил его тайны за семью печатями, всюду следовал за ним и помогал, если нужно. Зависть и желание возвыситься были ему незнакомы. Он и так поднялся на невероятную высоту, из бедняка с Одиноких островов став приближенным нарнийских правителей, чего ему еще хотеть?
- Уверен, у Вас тоже немало преданных сторонников, - сказал он негромко, только чтобы заполнить неловкую паузу. Маркус приподнял бровь, из-за чего уродливые шрамы на его лице изогнулись, превратив его в жуткую маску.
- Преданность проверяется не в мирное время, а во время тяжелых испытаний. Не забывай об этом, мальчик.
- Я жизни своей не пожалею ради короля, - твердо произнес Онур, зная, что это правда. Северянин вздохнул.
- Знаешь, сколько таких вот юнцов я повидал на своем веку? От многих слышал те же слова… Жаль, что они сбывались в точности.
- Вы многих потеряли? – спросил моряк, и голос его чуть дрогнул. Невольно вспомнился Рассвет. Он пережил два кораблекрушения: у берегов Нарнии на работорговом судне и подле Одиноких островов. Первое не оставило в душе никакого следа. Ни сожаления, ни тоски по погибшим – только радость от того, что Аслан помог ему выжить в тот дикий шторм и послал младшего короля ему на выручку. Второе же стало рубцом на сердце, ибо команду, сгинувшую стараниями змея и русалок, Онур полюбил… И хранил память о ней, которую никакой другой экипаж уже не заменит, где бы он ни служил.
- Посмотри на меня. Сам как думаешь? – спросил Маркус без намека на раздражение. Он относился к своему уродству очень спокойно, что не могло не вызвать уважения. – Ты отважен и скромен, а мир вокруг жесток. Учись на чужих ошибках и будь осторожней, прислушайся к совету опытного человека.
- Я учту, - ответил Онур, размышляя, где воин мог натерпеться таких жертв. Жизнь в Теребинтии не отличалась спокойствием, а если учесть, чем Маркус занимался… Его слова обретали смысл. Короля и воина роднило еще то, что их обязанности были схожи. Могучий северянин также следил за порядком в своей стране, напоминая огромного пса на цепи Освальда. Как и Эдмунд в Нарнии, он зорко высматривал малейшие намеки на опасность и по его слову вскакивали на коней солдаты и мчались, куда он велит. Животных и вездесущих птиц у него в распоряжении не было, но мужчина и без них справлялся на ура. Тщательней всего Маркус выискивал ведьм, но годы после охоты Серебряного короля выдались мирными. Ведьмин рыцарь припугнул нечисть, и более Теребинтия не страдала от их происков. Колдуний не появлялось, но воин долгое время приглядывал за спасенными королем девчонками, прежде чем посчитал их неопасными. Онур слышал о том, как сложились их судьбы. Ингрид, воссоединившаяся после того случая с семьей, уехала куда-то на дальний берег и вроде бы погибла – то ли в овраг упала, то ли в лесу затерялась. Маленькая Лив, ради которой Эдмунд и вляпался во всю эту историю, успела вырасти. Она так и служила фрейлиной при знатной даме, Онур и не сразу признал в ладной девочке ту рыдающую малявку, перемазанную в саже. Моряк позволил себе усмехнуться. Помнится, младший король влип в эту переделку из-за Лив, а Кару захватил просто за компанию. Кто мог знать, что он полюбит эту дерзкую девчонку? Ведь любит, Онур ясно это видел, хотя никогда не произносит этого слова.
