Подписание документов и дополнительных соглашений оказалось процессом настолько долгим, что продлилось больше, чем сами обсуждения. День уступил место вечеру, а тот отдал ключ от города ночи. Делегации начали разъезжаться из офиса Maple, укрытые покровом тьмы. Несмотря на завесу секретности, к утру журналисты уже знали о произошедшем и домыслили все остальное. По Уолл-стрит разнеслась волна обсуждений возможных последствий встречи для IT-отрасли и всей мировой экономики. За минуту до начала торгов по Сети разошелся список участвовавших в переговорах компаний, и их акции взмыли вверх, а ценные бумаги их конкурентов, разумеется, опустились. Котировки двигались вверх, как паровой каток, сминавший все на своем пути. Инсайдеры ликовали, так как смогли подготовиться к росту заранее и впадали в экстаз при виде графиков. Обычные же инвесторы только теперь вскочили на подножку уходящего поезда и предвкушали дальнейший рост. Хуже всего было нерешительным людям – обычному большинству, которое до последнего не покупало акции, надеясь на незначительную их коррекцию, чтобы прикупить подешевле. Они безвольно смотрели, как котировки растут без них. Открывшийся на плюс тридцати процентах рост бумаг Maple продолжился.
Когда ситуация на рынках накалилась до предела, директор Питерсон выступил с официальным заявлением и поведал общественности о стратегическом партнерстве с NewVision и «Тайваньскими полупроводниками». Аналогичные заявления сделали и названные компании. После этого самый нерешительный, но многочисленный контингент инвесторов – рабочие и домохозяйки – все-таки рванул на биржу покупать акции по высочайшей цене. Рост Maple увеличился с тридцати до пятидесяти процентов, и крупные финансисты начали сбрасывать бумаги безумной толпе. Когда акции закупили все, кто только мог, и покупателей на бирже попросту не осталось, котировки ожидаемо поползли вниз. От роста в пятьдесят процентов к закрытию торгов осталось только плюс двадцать – ниже первой минуты открытия. Колоссальная прибыль для всех, сидевших в бумагах до сделки, но большие убытки для простых людей, купивших на значениях в плюс пятьдесят. Многим придется еще целый год оставаться в минусе, молясь, чтобы фундаментальный рост акций компенсировал их потери, а некоторые, самые нетерпеливые, боясь еще большего движения вниз, продавали свои только что приобретенные акции на треть дешевле тем же финансистам, у которых купили на пике. Кто сказал, что на одном росте нельзя заработать дважды?
Богатые богатели, а бедные продолжали беднеть даже на растущем рынке.
Журналисты разных мастей принялись строчить статьи в то время, когда Олег уже показывал свой материал главному редактору Hi Tech Джереми Финку. Помощь Милане хотя и выглядела довольно странно, давала однако неоспоримое преимущество перед другими авторами. Олег был вхож в самый влиятельный офис мира, в настоящий Белый дом с символом клена и открыто этим пользовался. Сразу после подписания исторического контракта, когда все его конкуренты по печатному цеху спали невинным сном, Олег принялся за статью, чтобы уже к утру, когда выйдут первые брэйкинг ньюс, выложить на суд публики готовый материал со своим видением ситуации. К тому моменту раздел Рогина на сайте Hi Tech занимал уже третью сверху строчку и был виден без прокрутки страницы вниз.
Он писал в оригинальном стиле, противопоставляя личное мнение общественным взглядам. Он был жестким и вкрадчивым нонконформистом, пользовался сатирическим языком, разнося в пух и прах честные и гуманные на первый взгляд идеи компаний. Олег смотрел на мир под другим углом, делал художественный надрез в ветхой логике корпораций, из которого волею его интеллекта сочилась неприглядная истина. Каждая его статья изобиловала малоизвестными фактами и представляла собой крестовый поход против общества рекламы и потребления, против принятых норм. Такой подход притягивал некоторое количество верных поклонников, но врагов создавал куда больше. Основная масса людей ревниво оберегала собственные иллюзии и не давала критике в адрес любимых компаний разрушить свои песочные замки счастья. Красочная ложь презентаций всегда была слаще унылой правды. Споры разгорались и дома.
– Ты не понимаешь! – твердила Милана. – Мы хотим сделать жизнь людей лучше!
– Тебе просто хочется так думать, чтобы не разбить свои розовые метаочки, – отвечал Олег. – Главная и единственная цель всех корпораций – деньги. Даже власть, которую они наращивают, нужна им только для новых денег. Все больше и больше. Но людям ведь этого не скажешь? Питерсон не может выйти на сцену и сказать, что выпускает прошлогодний мэйфон с новым названием по выросшей цене, чтобы оправдать ожидания акционеров. Многие потребители отвернутся! Вот вам и приходится изворачиваться, вешать лапшу на уши, рассказывать, какое новые гаджеты несут счастье, какую пользу для общества. Польза, конечно, есть, но это косвенный результат, высосанный из пальца маркетологами. Да ты же сама маркетолог! Ты ведь соавтор индустрии, построенной на обмане…