Арчер выглядел как бог. Казалось, он стал выше, внушительнее, обрел силу, которой у него не было раньше, но в его глазах светилась все та же прекрасная нежность. Я заморгала словно загипнотизированная. Его темные волосы отросли и завивались над воротником. На нем был черный костюм с галстуком и светлая рубашка. Плечи, казалось, стали еще шире, фигура – крупнее, а красота – выразительнее. Я впитывала его, словно пила воду, и мое сердце билось втрое чаще обычного.
Смутно понимая, что за нами наблюдают люди, я сделала к Арчеру шаг, а он двинулся ко мне. Мы, словно магниты, притягивались друг к другу неподвластной нам силой. Я услышала, как пожилая женщина в толпе мечтательным голосом пробормотала:
– Ну вылитый Коннор Хейл!
Люди на танцполе расступались, освобождая ему дорогу, и я остановилась в ожидании. Вокруг замигали огни, и музыка заиграла громче, когда Арчер подошел и посмотрел куда-то справа от меня.
Я почувствовала руку на своем плече, а когда оторвала взгляд от Арчера и подняла глаза, Гейдж, о присутствии которого я совсем забыла, улыбнулся и, наклонившись, прошептал:
– Я вдруг понял, что ты уже занята. Приятно было познакомиться, Бри Прескотт!
Я выдохнула и улыбнулась ему в ответ.
– Я тоже рада познакомиться с тобой, Гейдж.
Мне подумалось, что Гейдж Бьюкенен – более приятный парень, чем думали Лайза и Мелани. Он кивнул Арчеру и отошел, растворившись в толпе.
Я снова взглянула на Арчера, и несколько мгновений мы просто смотрели друг на друга, прежде чем я подняла руки и сказала на языке жестов:
–
Слезы навернулись на глаза, меня охватила радость.
Он выдохнул, и выражение его лица стало радостным, когда он поднял руки.
–
В этот момент на его лице появилась самая прекрасная улыбка, которую я видела когда-либо в жизни. И я бросилась в его объятия, плача и задыхаясь, уткнулась ему в шею и крепко прижалась, изо всех сил держась за любимого мужчину.
Я прижимал Бри к себе, вдыхая ее чудесный запах, и мое сердце билось сильнее от этого сладкого ощущения – я держал ее в своих объятиях. Моя Бри! Я так отчаянно скучал! В те первые несколько недель думал, что умру без нее. Но я не умер. Мне так много нужно ей сказать, стольким поделиться!..
Я слегка отстранился и взглянул в ее изумрудные глаза: золотистые искорки, которые я так любил, еще ярче мерцали из-за слез. Бри была потрясающей. И я молил бога, чтобы она все еще была моей.
–
Она выдохнула и слегка улыбнулась.
–
Я все равно обнял ее и прижал к себе, и мы начали покачиваться в такт музыке. С этим мы разберемся.
Я провел рукой по обнаженной спине Бри, и она задрожала в моих объятиях. Я переплел пальцы наших рук, а после быстро заглянул ей в лицо. Она встретилась со мной взглядом, сглотнула, и ее губы приоткрылись. Я притянул ее ближе и прижал к себе, чувствуя наконец безмятежность.
Когда песня закончилась, мы отошли в сторону, и Бри спросила:
–
Я улыбнулся.
–
Она тихонько рассмеялась и посмотрела вниз, а затем снова на меня.
–
–
Бри протянула руку и коснулась моей щеки, как будто хотела убедиться, что я действительно здесь, а я закрыл глаза и наклонился к ней. Через секунду она опустила руку и жестами спросила:
–
Я взял ее за руки, прерывая вопрос, и она удивленно заморгала, глядя на меня. Я отпустил ее и поднял руки.
–
–
–
Бри пару секунд изучала мое лицо, а затем на несколько мгновений опустила глаза. Прежде чем поднять взгляд, она, сосредоточив внимание на моей груди, сказала:
–
–
Бри скользнула взглядом по моему лицу, внимательно изучая его.
–
Меня не нужно было просить дважды. Я взял ее за руку, и мы начали пробираться сквозь толпу, о существовании которой я совсем забыл.
Когда мы вышли на холодный ночной воздух, Бри сказала:
–