Голос Арчера полностью

– Шоколадное молоко с витой соломинкой? – спросила я, приподняв бровь.

Арчер тихо усмехнулся и подмигнул.

– Кофе.

– Боже, это так сексуально! – сказала Мелани. – Такое ощущение, что вы двое в открытую обсуждаете что-то непристойное.

Арчер улыбнулся ей, а я рассмеялась и покачала головой.

– Может, вам тоже стоит выучить язык жестов, чтобы к нам присоединиться.

Лайза и Мелани расхохотались. Я повернулась, взяла кофейник и налила Арчеру чашку кофе, а потом смотрела, как он добавляет в него сливки.

Мэгги подошла к нашему столику и протянула Арчеру руку.

– Привет! – улыбнулась она, быстро взглянув на меня. – Я Мэгги. Спасибо, что зашел.

Арчер застенчиво улыбнулся ей и пожал руку, показав мне:

– Пожалуйста, передай ей, что я рад познакомиться.

Я так и сделала, и Мэгги улыбнулась.

– Я знакома с тобой уже много лет, милый. Твоя мама приводила тебя сюда, когда ты был маленьким. – Она смотрела куда-то вдаль, словно вспоминая. – Твоя мама была такой милой… И как же она тебя любила! – Мэгги вздохнула, возвращаясь в настоящее. – Ну в любом случае я очень рада, что ты здесь.

Арчер слушал ее с легкой улыбкой, казалось, впитывая ее слова. Он кивнул, и Мэгги продолжила, глядя на меня:

– Итак, Арчер, эта девушка в последнее время много работала сверхурочно. Я думаю, она заслужила право пораньше уйти с работы. Как думаешь, сможешь придумать, чем вам с ней заняться?

– Боже, Мэгги, это звучит неприлично! – фыркнула Лайза.

Арчер постарался сдержать улыбку и отвернулся, взяв свою чашку с кофе, а Мэгги уперла руки в бока и уставилась на Лайзу, пока мы смеялись.

– Это у тебя мысли неприличные, – парировала она, но в ее глазах мелькнул огонек.

Арчер посмотрел на меня.

– Как думаешь, мы сможем сегодня придумать что-нибудь неприличное? – с усмешкой спросил он.

Я рассмеялась, но тут же прикусила губу, чтобы сдержаться.

– Видишь? – сказала Мелани. – Так и знала, что вы двое говорите непристойности. Я вовсю изучаю язык жестов!

Я усмехнулась и невозмутимо ответила:

– Он только что спросил, не хочу ли я сходить на пикник.

– Точно! – захохотала Лайза. – Пикник голышом!

Я рассмеялась, а Мэгги фыркнула, отчего Арчер улыбнулся еще шире.

– Вы, девчата, ошибаетесь. А теперь вы двое давайте, уматывайте отсюда, – добавила она, подталкивая меня локтем.

– Хорошо, хорошо. Но как насчет моих гарниров и салатов?..

– Ладно уж, – сказала она. – Можешь приготовить их утром.

Я посмотрела на Арчера.

– Ну тогда ладно. Поехали!

Он начал доставать из кармана деньги за кофе, но Мэгги остановила его, положив ладонь ему на плечо.

– За счет заведения, – сказала она.

Арчер помолчал, глядя на меня, а затем кивнул в знак согласия.

– Хорошо, – улыбнулась Мэгги.

Я выбралась из-за прилавка, и мы с Арчером попрощались с Мелани, Лайзой и Мэгги, а затем вместе вышли через переднюю дверь.

Когда мы покинули закусочную, я заметила на противоположной стороне улицы знакомую фигуру. Виктория Хейл как раз выходила из магазина с пожилой темноволосой женщиной. В тот момент, когда она увидела нас с Арчером, температура на улице словно упала градусов на пятьдесят, и меня пробрал озноб. Я обняла Арчера за пояс, а он улыбнулся мне, притянул к себе и поцеловал в висок. Виктория Хейл перестала существовать для нас так же быстро, как и появилась.

Позже тем же вечером Арчер развел на берегу озера костер, и мы уселись в старые садовые кресла, которые, по его словам, много лет назад смастерил его дядя. Мы захватили с собой бутылку красного вина и одеяла, так как становилось все прохладнее, особенно по вечерам. Арчер выпил маленький бокал вина, а я – большой; он пил свой так, словно это был крепкий напиток. Многие вещи, которые я воспринимала как должное, были для него в новинку.

Мы немного посидели в тишине, потягивая вино и просто наблюдая за пламенем костра. Я чувствовала себя счастливой и довольной, вино согревало кровь. Откинув голову на спинку деревянного кресла, я посмотрела на красивый профиль Арчера, освещенный огненными отблесками. На секунду он показался мне богом солнца, весь золотой и прекрасный, – его великолепие превосходило пляшущие языки пламени. Я тихонько рассмеялась про себя, чувствуя, что опьянела от половины бокала мерло. Опьянела от Арчера, от этой ночи, от судьбы, от собственной храбрости, от жизни.

Я встала. Одеяло с моих ног упало на кресло, и я поставила бокал с вином на песок. Подойдя к Арчеру, села к нему на колени и, когда он улыбнулся, взяла его лицо в ладони, а затем секунду просто смотрела на него, прежде чем прижаться губами к его губам, ощущая вкус красного вина и самого Арчера – восхитительную амброзию, которая заставила меня застонать и наклонить голову, чтобы он поцеловал меня глубже.