Голубка и ворон полностью

– Что произошло? – снова настойчиво повторил Ксандер.

Рэйф потер переносицу.

– Ты послушаешь, если я скажу, что тебе лучше не знать?

– Нет, – неколебимо отозвался Ксандер и шагнул к брату. – Ты хоть понимаешь, что я места себе не находил от беспокойства? Та кровь на мосту была твоей, не отрицай. И как много, Рэйф, очень много. Я правда решил, что ты погиб. Что оставил меня. Ты не смог бы так быстро исцелить себя от такой обширной раны.

– Ш-ш-ш. – Рэйф зажал Ксандеру рот, и выражение его лица наконец смягчилось. – Вполне возможно, что у этих стен есть глаза и уши. Мы же в чужой стране, а не дома в замке.

Ксандер прикусил язык, чувствуя, как в груди вспыхнуло пламя страха. Брат прав. Им обоим известно, каким будет наказание, если кто-то услышит. Однако магия висела между ними, невидимая и невысказанная, но существующая.

– Ты знаешь, что я прав, – шепотом продолжал настаивать Ксандер. Он извлек из кармана то, что носил с собой весь день, – изрядно помятое перо цвета слоновой кости. – Я нашел это на мосту и понял, что кто-то там был. Судя по размеру отпечатка, похоже, что женщина. Только не пытайся меня убедить, что она в одиночку прогнала дракона. Что происходит? Отчего ты отказываешься говорить со мной?

Рэйф медленно и глубоко выдохнул, выпуская воздух из легких, и как будто сам сдулся. Взяв у Ксандера перо, он погладил его ворсинки, едва заметно улыбаясь. Ксандер озадаченно нахмурился, наблюдая за нетипичной демонстрацией нежных чувств – ничего подобного ему никогда прежде видеть не доводилось. Когда Рэйф поднял голову, его глаза светились так ярко, что Ксандер растерялся.

– Ты и так знаешь, что случилось. Подумай хорошенько, и мне не придется ничего тебе объяснять. Как ты верно заметил, твои мозги прекрасно работают, и они куда больше, чем мои. – Рэйф вложил перо Ксандеру в руку и, повременив немного, продолжил: – Кроме того, это уже не имеет значения. Нас ждут великие дела, требующие подготовки. Турнир, в частности. Что сделано, то сделано, и назад пути нет.

Стоя у окна, Ксандер проследил взглядом за братом, который подошел к кровати и рухнул на нее в полном изнеможении, потом повернулся к хрустальному городу, размышляя над словами Рэйфа.

Была битва. И рана тоже. А еще женщина. В этом он не сомневался. То, что Рэйф отказывается говорить, может означать только одно – в деле замешана магия. Новая магия, ему не принадлежащая. Это единственная связь между незнакомцами, которая прочнее кровных уз.

Но кто?

И как?

И почему?

И…

Очистив сознание от вопросов, Ксандер устремил взгляд на хрустальный дворец, возвышающийся в центре города.

Рэйф прав.

У них сейчас есть более важные дела, на которых следует сосредоточить усилия.

– Я не стану… – начал было Ксандер, но замолчал, увидев, что брат спит так крепко, что из уголка его рта капает слюна на крыло, подложенное под голову вместо подушки.

«Я не стану допытываться, – мысленно закончил Ксандер. – Я позволю тебе сохранить этот секрет, потому что понимаю, ты не стал бы ничего от меня утаивать, если бы это не было для тебя чрезвычайно важно. – У Рэйфа на шее по-прежнему висел обсидиановый перстень, который он никак не соглашался брать, но все же уступил настояниям Ксандера. – Я ценю жертвы, на которые ты идешь ради меня».

Ксандер положил белое перо на прикроватную тумбочку Рэйфа, оставив вопросы в прошлом и с надеждой глядя в будущее.

Через несколько часов начнется брачный турнир.

Им нужно многое успеть, чтобы подготовиться к нему должным образом.

– Ты готова это сделать, Ана? – шепотом спросил Лука, наклоняясь к сестре и сжимая ее руку.

Они стояли у входа в королевские залы в ожидании сигнала, по которому надлежало спуститься в атриум в центре дворца. На Луке был белый плащ с серебряным и золотым шитьем – цветами Дома Мира. Королевская печать, сияющий куполообразный бриллиант, точно такой же, какой носит отец, украшен тускло мерцающей золотистой лентой и приколот к груди на манер броши. Стоящая рядом Лиана облачена в ниспадающее складками платье цвета слоновой кости с рукавами из прозрачной органзы, свободно струящимися по рукам. У платья был низкий вырез сзади, и темная кожа девушки служила естественным обрамлением для ее прекрасных светлых крыльев. Одежда брата и сестры была изготовлена из сочетающихся тканей и одинаково украшена, но у Лианы сверкала сильнее, чем у Луки, расшитая бриллиантами, жемчугом и позолоченными бусинами.

По позвоночнику Лианы пробежала дрожь, но не от холода, а от предвкушения на пороге неизвестности и желания поскорее узнать, что готовит для нее будущее, которое она видела в своих радужных мечтах и которое вот-вот станет реальностью.

– Я готова, – ответила она спокойным голосом и, сжав в ответ ладонь брата, повернулась, чтобы посмотреть в его медовые глаза. – А ты?