— Об этом я не думал, но понимаю, что с вашей стороны это, должно быть, выглядит несколько… — он поморщился, подбирая слова, и Гленду внезапно накрыло.
Какого чёрта! — подумала она. Всё ведь ясно как день — это ты думаешь о себе как о кухарке, а ему давно без разницы, кухарка ты или графиня, иначе он не таскался бы на кухню резать сыр и мыть посуду. Он написал эту песню тебе, он сделал предложение тебе. Ты скучала по нему и умираешь от желания к нему прикоснуться, так зачем усложнять себе жизнь?
Ветинари открыл было рот, чтобы заговорить, но Гленда решительно мотнула головой, поднялась на цыпочки, обняла его за плечи, притягивая к себе, и поцеловала. Вышло почти так же яростно, как в первый раз, с той только разницей, что сейчас Ветинари сперва оторопел, но затем понял, что происходит, и ответил. Он обнял её — казалось, его руки добрались повсюду разом, горячие ладони прошлись по спине Гленды, спустились ниже, смяли юбку, а затем развернули Гленду, давая ей возможность опереться о мойку, но тут Гленда отстранилась, выставив руку вперёд, и, тяжело дыша, заявила:
— Нет! Мы не будем делать этого здесь. Кто угодно может заглянуть!
— Моя вина, — так же тяжело дыша ответил Ветинари, отступая. — Я слишком… Но, мисс Гленда! Это, чёрт вас возьми, было “да”? Или я опять чего-то не понимаю?
— Да! — быстро выкрикнула Гленда, на секунду зажала рот рукой и уже тише добавила: — Это определённо было “да”.
— Хорошо, — выдохнул Ветинари, поправляя одежду. — Я уже начал опасаться, что вы найдёте причину мне отказать.
— Это какую же, — ехидно поинтересовалась Гленда, снова сложив руки на груди, — ваше… как это? А, годы берут своё, и вы не способны дать женщине иных радостей, кроме материального вознаграждения?
Секунду Ветинари таращился на неё совершенно нехарактерным для себя образом, затем негромко рассмеялся:
— Вы говорили с леди Марголоттой.
— Она говорила со мной, спасибо большое. И знали бы вы, — Гленда выставила перед собой указательный палец и ткнула им в грудь Ветинари, — каких трудов мне стоило не показать ей своё удивление такими… инсинуациями. Я-то прекрасно знала, как всё обстоит на самом деле.
— Но решили её не расстраивать?
— Ну, мне не хотелось, чтобы она решила попытать счастья.
— Безмерно вам за это благодарен, — он улыбнулся. Гленда улыбнулась в ответ. Где-то вдалеке послышались голоса.
— Бежим! — вскрикнула Гленда и, снова схватив Ветинари за руку, поволокла его в тёмный коридор.
— Стой, стой, стой!
После третьего поворота, поняв, очевидно, что его слова не действуют, Ветинари затормозил. Это ощущалось так, будто Гленда попыталась выдернуть прикованную к стене цепь. Получается, он всё время мог её остановить, но не делал этого. Гленда развернулась.
— Ну? Хотите попасться на горячем, ваша светлость?
— Пытаюсь включить мозги, ваше сиятельство, — фыркнул Ветинари. — После концерта аркканцлер собирался устроить приём. И мы оба, хочу заметить, на него приглашены. Нет никакой необходимости удирать, достаточно просто подняться на нужный этаж.
— О.
— Но раз уж мы здесь… — Ветинари огляделся по сторонам, и глаза его сверкнули в темноте. — Это конечно не место для… И, возможно, ты захочешь подождать до свадьбы, но…
— Да, это не место, нет, я определённо не хочу ждать до свадьбы, — выпалила Гленда.
— В таком случае не будешь ли ты столь любезна, — вкрадчиво произнёс Ветинари, прижимая её к стене, — прояснить для меня одну, — он прикоснулся губами к её виску и продолжил шёпотом на ухо: — лингвистическую загадку.
— М? — пискнула Гленда. Голова у неё шла кругом, и ей определённо было не до лингвистических загадок.
— Я примерно представляю себе, что такое эти самые фигли-мигли, о которых говорило наше изобретательное божество, — дыхание Ветинари обжигало шею Гленды, его пальцы скользили по кромке её декольте, — но что это значит на практике? Возможно, у тебя найдётся минутка, чтобы объяснить? Показать?
Гленда не сдержала голодный стон. Да чтоб его! Разве можно так издеваться, когда понятно, что никакой возможности… Хотя, стойте-ка!
Гленда решительно развернула патриция, поставив его на своё место. А затем сама опустилась на колени.
— Что ты… Нет! Не здесь же… — попытался возразить Ветинари, но её рука уже распахнула полы его мантии и ладонь легла на ширинку.
— Мне остановиться? — усмехнулась Гленда, осторожно сжимая вставший, горячий даже через ткань брюк член.
— Да! — потребовал Ветинари. — Нет, — прошептал он, зажмурившись, отвернувшись в сторону, будто сдаваясь, и прижал её ладонь к себе крепче. — Только если ты действительно этого хочешь, — еле слышно закончил он.
— Должна же я убедиться, что с тобой всё в порядке, — хмыкнула Гленда, расстёгивая ширинку.
— О, боги… — Ветинари резко втянул воздух через стиснутые зубы и застонал, когда ладонь Гленды крепко обхватила его член у самого основания.
Он был большим. Не огромным, но достаточно большим, чтобы пришлось придерживать, не давая ему толкнуться слишком сильно. Он был горячим и гладким. Он пульсировал на языке у Гленды и прокатывался по нёбу как крупная спелая клубничина.