Кому: Мать-ее-величество
От кого: Мать-ее-величество
Не претендовала. Это создавало определенные риски в его плане. Потому что
В-третьих – Вертинскому абсолютно не нравился стиль в одежде Тат. Она любила толстые каблуки, массивную бижутерию, красный цвет и жирно мазать черным глаза. Никаких мятных цветов и изящных туфелек – Дрейк больше походила на главу преступной группировки в своем длинном черном пальто, чем на молоденькую студентку. Вкуса у девчонки не было – эпатаж она методично превращала в вульгарность. Это было еще одним поводом задушить себя ремнем безопасности: Дрейк была двинутой – его план не выгорит.
Но он не проиграл до тех пор, пока не сдался. Крис заставил себя выкинуть параноидальные мысли в окно и не сильно хлопать дверью «мерседеса», прежде чем окончательно захочет послать все к чертям.
С похмелья, в диком желании выбить из отца прощение и второй шанс все это правда казалось хорошей идеей. Трезвая реальность нашептывала, что Вертинский ошибся.
Крис постучал в дверь квартиры – скоро в проеме появилась взлохмаченная Дрейк.
– Вечерочек! – улыбнулась Тат. – Чего приперся? – На ней были задрипанные штаны в клетку и футболка с эмблемой Бэтмена: она планировала провести вечер дома за просмотром черно-белых фильмов.
– И тебе не хворать, Дрейк. Не хочешь прогуляться? – Крис отодвинул девушку со своего пути и прошел внутрь, оглядывая знакомую гостиную.
На полу возле дивана лежала гора подушек и одеял, на столике стояли чашка чая и пять плиток шоколада. Дрейк определенно не хотела гулять.
– Не-а, – подтвердила мысли Криса Тат, – у меня запланирован романтический вечер, и ты не приглашен. – Она показала на Вертинского пальцем. Татум пребывала в отличном настроении.
Крис ухмыльнулся, глядя на ее разного цвета носки, перевел взгляд на Тат.
– Мне нужна твоя помощь. – Крис ненавидел эту фразу.
– Я не умею завязывать галстук, если ты об этом, – подняла брови Татум, указывая на болтающийся на шее Вертинского кусок ткани. Такие званые вечера, как сегодняшний, подразумевали жесткий дресс-код – Крису пришлось вытащить из шкафа свой лучший смокинг и не сутулиться. – Мило выглядишь, кстати, – ехидно улыбнулась Дрейк и плюхнулась на диван.
– Ага, – отстраненно произнес Вертинский, думая, кто он на шахматной доске этого мира, где имеют абсолютно всех. – Нет, я не за этим. Побудешь моей девушкой? – Крис не подумал, как это звучит, и несколько секунд наблюдал крайнюю степень удивления на лице Дрейк.
Ее хватило только на то, чтобы отшутиться:
– Разве ты не должен предлагать это Еве? Ну… э-э… Ты о чем вообще, Крис? Если это юмор такой, то комиком тебе не бывать.
Вчера ночью он вломился к ней без приглашения, грубо поимел в коридоре и наглым образом занял ее кровать до утра. А вечером следующего дня предлагает быть его девушкой? Она на такое не подписывалась.
Татум щелкнула в воздухе пальцами – Вертинский дернулся, выходя из ступора. Отмахнулся от Дрейк.
– Да не в том смысле, господи. Я облажался, и мне нужно сопровождение на сегодняшний благотворительный вечер. – Парень исподлобья взглянул на Тат, прикидывая, в каком пруду утопиться.
– И это должна быть я? Ты уверен, что обратился по адресу? Наверняка будет много желающ…
– Черт, Дрейк, не беси меня! Дело в другом. Мне нужно, чтобы ты притворилась моей девушкой, потому что мой отец старообрядец, – зло выдохнул Крис, злясь то ли из-за искреннего непонимания Татум, то ли из-за того, что сам себя поставил в такую ситуацию. – Ты просто единственная из моих знакомых, с кем я сейчас регулярно общаюсь, и знаешь разницу между ар-нуво и ар-деко, окей? – Крис обессиленно потер переносицу, Тат устало выдохнула.
На самом деле ее приподнятое настроение – показуха. Она с самого утра чувствовала себя паршиво, на душе скребли кошки, а идей, как пережить этот вечер, не было. Было решено закупиться шоколадом и пересматривать «Римские каникулы», втихую скуля от обиды на Одри Хепберн за ее тонкую талию.
Поэтому неожиданная идея Вертинского прокатиться на какую-то вечеринку для богатых не показалась такой уж плохой.
– Ну и сколько мы «встречаемся»? – Тат вздохнула, со скепсисом смотря на ожившего Вертинского.
– Три месяца. – Крис говорил осторожно, боясь спугнуть Дрейк.
Но она лишь загорелась ехидством.
– О, молодец, достаточное время, чтобы показать свою ответственность, но не такое большое, чтобы тебя можно было уличить во лжи. Как твой учитель, я безмерно рада за твои успехи. – Она села на диване ровнее, сложила по-злодейски руки в замок у лица. – Что-то еще говорил?
– Нет, больше ничего. – Крис закатил глаза, плюхнулся на подушки рядом с Дрейк.
– Это хорошо, широкий простор для фантазии, – пробубнила Тат себе под нос. – Окей. Едем на твою сходку. – Она «по-королевски» кивнула, будто разрешая Вертинскому участвовать в этой авантюре. – Только один вопрос, Крис. – Татум вдруг стала серьезной.
