– Просто мы с Мартином… В общем, мы поговорили, а поскольку дети пойдут в школу, и учитывая все это… О господи, мне нелегко это говорить, но я уверена, что ты поймешь… мы подумали, что дом придется продать, чтобы мы могли позволить себе отдать их в частную школу. – Все еще не решаясь посмотреть Алекс в глаза, Габи продолжила: – Мы искали способы найти средства, не прибегая к продаже дома, но плата за обучение такая высокая, и вообще, мне кажется, это именно то, чего хотелось бы нашим родителям. Ведь, согласись, эти деньги пойдут на то, чтобы обеспечить Фиби и Джексону достойное будущее.
Алекс как будто дали под дых. Колени тотчас сделались ватными. Перед глазами все поплыло. Она попыталась было открыть рот, возразить, что ей не хочется терять дом, тем более сейчас, что она этого не переживет. Увы, это был не ее дом. Это был дом Габи, и та имела полное право распорядиться им по своему усмотрению.
– Извини, – с виноватым видом сказала та. – Понимаю, ты расстроена…
– Да нет, со мной все в порядке, – заверила ее Алекс, судорожно придумывая отговорку. – Просто это несколько неожиданно, только и всего. Ты права, это именно то, чего хотели бы папа с мамой. – Майра – точно, а вот Дуглас вряд ли. – Это… эта такая замечательная идея, – солгала она.
Заплаканное лицо Габи просияло улыбкой.
– Я надеялась, что ты так и скажешь! – воскликнула она. – Я сказала Мартину: «У нас с Алекс договоренность. Она знает, что живет там временно». К тому же мы никогда не брали с тебя никакой арендной платы. Ты наверняка сумела накопить приличную сумму, чтобы сделать первоначальный взнос за ипотеку. – Габи вопросительно посмотрела на Алекс, как будто ждала от нее подтверждения собственным словам.
Алекс не торопилась разбить ее надежду суровой правдой – тех полутора тысяч фунтов, которые ей удалось отложить с тех пор, как их мать умерла, не хватит ни на какой первоначальный взнос.
Разве что за однокомнатную квартирку в одном из самых сомнительных районов Кестерли. Что касается центра города или же здесь, в Малгрове, то об этом даже не приходится мечтать.
– Думаю, если Джейсон немного тебе поможет, ты могла бы позволить себе что-нибудь вполне приличное, – продолжала трещать Габи. – Я понимаю, что он должен платить алименты на детей и все такое прочее, но ведь и он зарабатывает неплохо, не так ли? Я в этом просто уверена, ведь он мастер своего дела. Да и у тебя наконец будет собственный дом. Тебе, конечно, и здесь хорошо, но согласись, что дом порядком обветшал и смотрится не лучшим образом. Ему столько всего требуется… Кстати, мы даже думали попросить Джейсона немного обновить его перед продажей. С другой стороны, ситуация сейчас такая, что вкладывать деньги в ремонт рискованно. Вдруг мы продадим дом себе в убыток – и плакали наши денежки. Поэтому какой смысл?
Не зная, что на это ответить, Алекс пожала плечами.
– Он был бы не прочь взяться за ремонт, – сказала она. – Более того, недавно он сам завел о нем речь. Я как раз собиралась тебе это сказать, но теперь и впрямь нет смысла.
Габи ответила ей виноватым взглядом.
– Это, конечно, не значит, что все произойдет прямо сейчас, – заявила она. – Мы даже еще не говорили с агентом по продаже недвижимости. Мартин считает, что мы должны дать два объявления – одно в крупном агентстве, работающем на всю страну, и второе – здесь, в деревне, у Элен. Так мы привлечем больше потенциальных покупателей.
Габи сделала озабоченное лицо.
– Я понимаю, каково тебе будет, когда сюда начнут приходить посторонние люди. Они ведь наверняка станут водить тут носом, заглядывать в шкафы, вытаскивать ящики из комодов. И я подумала, может, стоить дать Элен ключ, чтобы они приходили сюда, пока ты на работе? Так ты даже не узнаешь, что они побывали здесь.
Да, как жаль, что Джейсон тут больше не живет. С ним ей было бы гораздо легче.
– Кстати, неплохая идея, – сказала Алекс. – Но думаю, я все-таки должна знать, когда сюда кто-то придет, чтобы успеть навести чистоту и порядок.
Габи махнула рукой.
– Не бери в голову. Я уверена, любой, кто купит дом, первым делом основательно его выпотрошит, – не иначе как осознав резкость собственных слов, она вновь захлюпала носом. – О боже, это так ужасно! Мне страшно даже представить, как они начнут выбрасывать все, что связано с нашими родителями. Это все равно что потерять их во второй раз!
Не зная, как ей на это реагировать, Алекс повернулась и вновь занялась чаем. У нее немного кружилась голова. Ощущение было такое, что все это происходит не с ней. А она просто слышит чужие разговоры. Эх, если бы!..
Это был ее дом, и вскоре она его лишится.
