Дроб пустил слух, что Дитя Алорна погибла в борьбе с Граабом, приближенные знали, что я потеряла все силы, близкие надеялись, что это ненадолго. Гродан в число близких не входил. Гном немного порылся в кармане, а потом вытащил на свет божий кольцо.
— Надень. — Сказал, словно приказал. Я взяла кольцо рассмотрела. Ничего особенного, обыкновенное золотое кольцо со странным бело-черным камнем. Но сьер предостерегал, что именно такие кольца могут нести опасность. Яд, заклинание, смерть надевшему. Я вопрошающе посмотрела на Гродана.
— Можешь не бояться, — обиделся гном, — я не хочу тебя убить.
Я отбросила сомнения, и надела кольцо на средний палец правой руки. Сначала ничего не происходило. А потом, как в самых затертых фэнтезийных сюжетах, камень вспыхнул, осветив комнату серым светом. И кольцо, напоследок, кольнув острой болью, растворилось на моем пальце. Я подняла глаза на побледневшего Гродана и, задыхаясь от поднимающейся злобы, выдохнула:
— Что это было?
Гном быстро пришел в себя, и тихонько отступая задом к двери, произнес:
— Я просто проверил одну гипотезу…
— И-и-и… — зарычала я.
— Она подтвердилась. — Крикнул Гродан и шмыгнул за дверь.
— Стоять! — Я понеслась следом за ним.
— Тебе надо успокоиться гиера, — на ходу задыхаясь, кричал гном, — ты же не хочешь разнести разлюбезному Дробу вновь приобретенный дом.
— С чего бы это? — Не замедляя темп, сказала я.
— Т-т-твои г-г-глаза, — изнемогал гном, а потом, наконец, остановился и повернулся ко мне лицом, — я гном, а не ригнар, бегаю мало и медленнооо, — последние слова он сказал растягивая.
— Что с моими глазами? — Не обратила внимание я на его стоны.
— Они засветились красным цветом, и я это… испугался. — Договорил Гродан.
— Дал кольцо с прибабахом, которое колется зараза, и еще пугается. Постой, а почему красные?
Теперь я побежала в другую сторону. С некоторых пор у меня в комнате висит зеркало с мой рост, и оно мне сейчас очень нужно. Гродан пыхтел в спину. На мимо проходящих цефов, я старалась не смотреть, зато они провожали наш забег ошарашенными взглядами, не удивлюсь, если сейчас Дроб примчится. Наконец я достигла желаемого зеркала. И с удивлением открыла рот. Мои глаза светились ярко- красным светом. А вокруг них словно трещинки появились коричневые тени. Страшно красиво! Так и где же Дроб? Меня надо срочно по голове бить, а то мало ли…
— Ты гад! — Накинулась на гнома. — Ты, что мне дал!
Гродан опять попятился:
— Это не связано с кольцом, — протестующее крикнул он, — кольцо твоего рода, оно приняло тебя. Я знаю, к какому роду ты принадлежишь.
Я остановилась и попыталась дойти до кровати. Гродан увидев, что мне плохо подскочил и помог, почти дотянул до нужного места. В это время в комнату зашел Марцел:
— Лиена. — Начал он, запнулся и с удивлением посмотрел на наши движения. Потом покраснел и с силой сжал кулаки:
— Что ты тут делаешь гном?
Гродан не растерялся и брякнул:
— До постели тащу, не видишь, что ли? — Королевич уже побледнел и стал наступать на нас как грозовая туча. Мне было ужасно плохо. Какая-то слабость разливалась по телу, а в голове билась одна мысль' Мой род, мой род'. Тут в нашу весёлую компанию добавился новый персонаж, Дроб. Взмокший растрепанный князь с разбегу впечатал Гродану по лицу и наверно на этом бы не остановился, но Гродан поддерживал меня… я улыбнулась, ситуация ведь и вправду смешная. Странно хрюкнула, пытаясь изобразить смех, и провалилась в мое любимое отключенное состояние.
Мариус осмотрел отремонтированные помещения, отведенные князем под посольство эльфов и остался доволен. Несколько недель он не покладая рук трудился с другими молодыми подающими надежды дипломатами, и вот стены очищены, полы как новые, и любимая живая мебель, пусть с трудом, но приживается. Можно вздохнуть и немного расслабиться. Дать выходной уставшим слугам, и помощникам. Сходить, наконец, к Лиене и… посмотреть на камень главного хранителя без злобы и зависти. Нехта так назывался камень. Много легенд ходило об этом древнем артефакте. Много небылиц рассказывали молодые эльфы друг другу о его свойствах. Он передавался от отца к сыну много поколений хранителей Ллироу. И в недалеком будущем Мариус тоже должен был стать носителем короны хранителей. Но Граабиэль с его новаторством испортил многие планы своей жены Энедереньи и поставил под сомнение само существование эльфов Ллироу.
Вновь появившись в миру, Нехта, сам выбрал себе хозяйку, и сделал все, чтобы её не лишиться.
