— Я понял твои мысли дорогая. — Сказал, поднимаясь Реналион. Гибкое мускулистое тело в лучах заходящего светила, было восхитительным. — Пора одному архимагу напомнить об его долге. — Эльф ухмыльнулся и притянув к себе уже спокойную королеву продолжил. — Надеюсь, мы не зря все это время помогали ему.
— Да, — согласилась королева, — у нас все получиться, и наш сын все равно будет править Зуллором.
Мариус белый как мел стал отходить назад к дверям. То, что он услышал, еще не дошло до его разума, но одно он понял точно. Он не сын Тираниэля, а горгона настоящая наследница Зуллора. Из последних сил он вызвал портал, и с трудом заметая магические следы, упал на каменные полы посольства. Ноярис удивленно подбежал к скорчившемуся в судорогах племяннику и перевернул его на спину. Из-за сильного напряжения у Мариуса текла кровь из носа, а глаза закатились. Сьер применил заклинание исцеления, но с удивлением понял, что оно не помогает. Ран не было, а магическое истощение заклинанием не лечиться. Ноярис стал вливать в племянника энергию, но она уходила в пол, не задерживаясь в теле несчастного. С ужасом, эльф понял, что Мариус умирает. В Запретном лесу он лучший целитель, но Зуллор отвернулся от него именно в этот час, словно хотел, чтобы его племянник исчез навсегда. Ошарашенный сьер не сразу вспомнил, что горгона хранитель Зуллора. Он сам был свидетелем, как легко той удавалось сливаться с древним лесом, питать его, и самой черпать живительную энергию. Пусть сейчас она слаба и считает, что потеряла свои силы, Зуллор никогда не отвернется от своего хранителя. Ноярис быстро очутился в покоях тёмной, но она была не одна. Как всегда, светловолосый отрок и королевич сидели на маленьком диванчике, который был поставлен в спальне именно для них. Они с удивлением посмотрели на вбежавшего сьера.
— Лиена! — Вскрикнул эльф. — Мариус умирает.
Горгона встрепенулась, саккараш тревожно взлетели над головой, подозрительно сверкая серебром. Без вопросов Лиена последовала за спешащим сьером, двигаясь бесшумно и быстро, словно переняла гибкость своего питомца. В покоях Мариуса громко стенали слуги, а другие эльфы с надеждой взглянули на вошедших. Горгона подошла к кровати, на которую успели перенести Мариуса слуги, и взглянула на него в найте. Потом её руки, словно бабочки, запорхали над недвижным телом, и через полчаса зелёная похожая на дым оболочка поглотила эльфа. Горгона вздохнула, утерла со лба мелкие капельки пота. Лечение далось ей тяжело, но, несмотря на кажущуюся слабость сил в ней оставалось еще много. Словно только сейчас до неё дошло, что она приходит в норму. Но радости не испытала, ведь это значит конец спокойной жизни, о которой она так мечтала. Не обращая внимание на следящих за ней множества глаз, тёмная плюхнулась на кровать рядом с зеленым облаком, и дрожащим голосом спросила:
— Что с ним случилось? Словно вампир энергетический высосал, одна оболочка осталась.
Сьер пожал плечами:
— Он собирался идти к тебе, я ушел в библиотеку. Прихожу, он лежит тут стонет.
— И у тебя нет никаких догадок? — Спросил не отстающий от объекта своего воздыхания Марцел.
— Почему же есть, думаю, он посещал Древо Жизни. Судя по всему, все силы потратил на портал. Так глупо. Не могу понять, почему королева не помогла ему с перемещением?
— Очнется, спросим. — Лаконично сказала горгона. В «таргесе» он пробудет день, потом очнется.
— Что ты сделала? А главное, как? — Осторожно приближаясь к постели, спросил сьер.
— Не знаю. Просто очень испугалась, что Мариус умрет и… в голове, словно само возникло плетение «таргеса». — Горгона сама с интересом смотрела на дело своих рук. — Если честно подозреваю в этом его. — И Лиена с улыбкой постучала по пылающему красным светом Нехте. Ноярис жестом удалил слуг и с удивлением посмотрел на камень.
— Я, кажется, читал, что Нехта может хранить знания, но прежний владелец точно не пользовался этим его свойством.
— О, — округлились глаза тёмной, — у него и имя есть. Нехта. — Проговорила она, словно пробуя на вкус звучание. — Сойдет, все лучше 'проклятой каменюки'.
Горгона встала и еще раз проверила плетение «таргеса».
— Хорошая плетенка, тяжелая, но действенная. — Вынесла она вердикт своему творению.
— Благодарю тебя за то, что спасла моего племянника. — Торжественно сказал Ноярис. Лиена улыбнулась и кивнула головой. В последний раз взглянула на Мариуса и вышла. За ней словно хвостик последовал Марцел. Ноярис сокрушенно покачал головой, бедный королевич, не видать ему тёмной, как своих ушей. Нет, горгоны не были однолюбками, но с первого взгляда узнавали своего избранника. А королевич таким точно не являлся, также, как и все остальные особи мужского пола, попадавшиеся до этого на её пути.
