Да, да! Подтверждаю! Сюрприз вышел что надо. На моих губах появилась смущенная улыбка. Я была так заворожена этим зрелищем, что была не в состоянии что-либо сказать.
– Ты зайдешь или будешь стоять в дверях? – ухмыльнулся Ваня и притянул меня к себе.
– Зайду, – прошептала я.
От него веяло теплом и расслабленностью, что мне тут же захотелось оказаться в душе рядом с ним. Хотела пахнуть тем же гелем для душа, тем же шампунем, что и он. Хотела касаться его влажной горячей кожи… Ох! Это уже какое-то помешательство!
–Похоже, я выиграл пари, да? – проговорил мне в ухо Ваня и нежно поцеловал в шею.
Пари? Какое пари? Сколько песен нужно спеть, чтобы иметь возможность целовать этого парня вечно?
– Ты выиграл, – хрипло произнесла я, пробегая пальцами по его груди. А он теплый, как я и предполагала.
И тут зазвонил телефон. В просторной комнате, наполненной нашим взаимным притяжением, вибрациями наших совпавших частот, раздалась банальная мелодия городского телефона. Ваня нехотя оторвался от меня. Похоже, он произнес какое-то ругательство, прежде, чем подойти к телефону. Но мне было все равно, я разглядывала на его мускулистой спине татуировку, как будто никогда не видела идеально прорисованных черных фениксов на идеальных мужских спинах. Хотя если подумать, то таких, конечно, не видела.
– Представляешь, ошиблись номером. Именно сейчас…
– У тебя есть татуировка? – По части глупых вопросов, ответы на которые всегда находились передо мной, мне не было равных.
– Да. Сделал этим летом перед тем, как уехать в Америку.
– Можно посмотреть?
Еще до его ответа я провела пальцами по распахнутым крыльям феникса. Птица стремилась вверх, как будто только что восстала из пепла. Феникс так подходил Ване, как будто был частью его самого.
– Хмм, Аня… я пойду оденусь. Подожди здесь, ладно?
Его спонтанное бегство заставило улыбнуться и в некотором роде ухмыльнуться про себя. Я его волновала точно так же, как и он меня.
– Так что, тебя выгнали из дома? – поинтересовался Ваня, через несколько минут спускаясь с лестницы в белой футболке и чёрных джинсах. Теперь-то я знала, как он выглядел без футболки, и это вызывало далеко не легкое волнение внутри.
– Можно и так сказать. Меня выгнала вспыхнувшая на кухне страсть между моими родителями.
Надо же, как получилось! От одной страсти пришла к другой.
– Это же здорово, когда в таком возрасте люди все еще способны на такие чувства.
– Да, наверное, – сказала я.
Как-то странно было думать об этом, когда передо мной до сих пор проносились, будоражащие кровь, картины развития наших отношений с Ваней.
– Что хочешь на завтрак? Круассанов нет, я же не знал, что ты зайдешь. Есть мюсли, фрукты…
Серьезно? Какие-то фрукты? Тебе сказать, чего я хочу?
– Да, было бы здорово, – хрипло произнесла я. – Можно я дойду до ванной комнаты?
– Конечно. Помнишь, где находится?
Я кивнула и направилась к источнику спасительной холодной воды. Она освежила, но не остудила мой пыл. Позволительно ли испытывать такие сильные чувства к парню, которого знаешь всего месяц? Как можно уже так сильно влюбиться? Это все гормоны!
Я села на его, застеленную синим покрывалом, кровать и обхватила свою голову. Что если я всю жизнь ждала именно его? Что если правда существует любовь с первого взгляда, с первого глотка воздуха рядом с ним, с первого касания наших рук? Значит, в мире не все так плохо, если такие чувства бывают. Неужели влюбленные люди тоже ходят по земле, сверкая от счастья, и почему раньше я этого не замечала? Как здорово окунуться в этот светящийся источник счастья, и как трудно не сойти с ума, окунаясь туда с головой.
Дверь открылась, и на пороге показался Ваня. Несколько секунд – и он оказался на коленях у моих ног.
– Я тут подумал, – начал он бархатистым голосом и взглянул своими серо-зелеными глазами в мои. – Моя квартира находится на самом верхнем этаже. – Он провел руками по моим ногам снизу вверх. – Как думаешь, она на достаточной высоте, чтобы забыть о пари?
– Ох, да, – выдохнула я и не успела сделать вздох, потому что губы Вани перехватили мои губы.
Мы откинулись на кровать. Из нежного и трепетного наш поцелуй сразу перешел в стадию ненасытного и всепоглощающего. Наши руки блуждали по нашим телам, изучая каждый миллиметр кожи друг друга. Я горела в этом огне. Я была совсем не против сгореть в нем дотла.
Первым отступил Ваня. Он с глухим стоном сполз на пол и сел, облокотившись спиной о кровать. Мне ничего не оставалось, как последовать его примеру.
– Что ты со мной делаешь? – спросил он хриплым голосом и откинул свои волосы с лица. – Еще чуть-чуть и твоя юбка оказалась бы где-то далеко.
Поверь, она была совсем не против такой участи. И от этих мыслей юбка покраснела еще на полтона.
– Это какое-то странное утро… – произнесла я, проводя рукой по шее, где только что чувствовала губы Вани.
– Аня, можно задать вопрос? – Ваня серьезно посмотрел на меня из-под своих длинных черных ресниц.
Я кивнула. Сбитое дыхание восстанавливалось, сердце успокоилось, но какое-то неведомое до этого момента чувство томления уже поселилось внутри и не хотело покидать меня.