Не удивит святой отец, убавь прыти. Он так далёк от мирских событий. Зато впечатления скрасит Синди. Дива под Гост крайне педантично и без тормозов. Розовая кофта висит, будто на вешалке. На три размера мешок навешен был. Как голодную диету прописали в тесных строках, так палки, обтянутые стрейчем, стали чаще ковылять по пёстрым слоганам. Невдомек ценителям многим, что родственника фламинго тащат тряпичные ноги. И несут по миру дурость несусветную, которой не по любви опускать личико высокомерное.
Ой, что сдуру лепит… Нарвётся. Воображенье надорвётся, но яркий комплимент слепит. И как только в уме пазл собирается, раз мысли восвояси не разбредаются? Ведь даже бабки так не препираются и над логикой нещадно не издеваются. Спроси кто крайний, ответ краткий: "узнает последний".
Вздыхая, дух измотан и беспомощен.
Словно на ощупь, скриптёр нащупал хвост очереди. И побрели ноги по крошкам. Добыть хлебушка. Ну, хоть немножко! Соседи держат себя на цепи. В ведущие попалась бабка. Герой на шаг позади. Скриптер чует: дай искру, и лихо зажжётся очередная истуканка.
Часто тарахтит в руке носовой платочек. Уже валится с ног горошина, одетая в цветочек. Тараторит голосочек, как ангелочек, о непосильной ноше, а слушает её старик на тросточке, немощный, но чей котелок уже на взводе. Балаболит, пока горло на кашель не сводит, а сумочка на плече шустро задор ловит (весело она виляет фирменным помпоном, выдает жертву привычек и растущих расходов). И о чём вторит? Потребляя, не заметила она, как превысила лимит и до нищеты наела потребительский кредит. Не знала, что чип о нас всё знает, в чаяниях потакает и на слабостях не претит.
Щёлкнули транзисторы, как крючки, что подцепили рыбку из среды, где свободно текут виртуальные потоки. Пока герой плёлся в очереди, чип на шеи счёл мнимые образы. Хозяин, как сурикат, вылез из сатина, чтоб воочию оценить данные. В дешёвом пиджаке, весь прилизанный – точно ИИ-агент, жадный шоумен собрал себе всю очередь. Прожжённый сетевик, раз пошёл ва-банк. И ради сего обнародовал на показ флэшки, когда раздвинул материальные границы для слежки.
Какой электронный трюк, чтобы втюхать продукт!
Хоть пройдись по всему, обыватель уверен, что фокус рассчитан на красоту. Вот и глазеют на ногату. Думают, что фантик не решает, какой будет конфета. Но флешку-то не положишь в рот, зато корпус получил главную роль – нет у начинки лучшего оберега. Отсюда дают ростки все беды.
Как номера на пять звезд, приблуды построены в ряд, где на каждую комнату записан талант. Там отражаются лица. Взаперти томясь, сокрыта личность – очаровательная сущность. Чья голограмма прекрасна, жаль витрина не защитит их от взлома. Скриптёр знает другой фокус. Щелкни чипом, и вот – копируй халявный образ. Теперь ИИ-актер не личность, а шлюха, которая красиво подана и прилично раздета. В сети такие на общем пользовании. Самозанятые из них делают игры, фильмы, порнушку, забавные смайлики, мемы и фразы. Им по плечу любые русские народные сказки.
– У нас по скидке гель для душа, – сбил концентрацию сосед по тряпки.
Товары на скатерти давно на мели. Всю неделю от кровати хозяина берегли. Скулы едва держат кожу. Бессонница поставила волдыри на роже, чтобы больше не мечтал о красивом ложе.
– Спасибо, не пользуюсь, – отрезал скриптер и зарылся в воротник.
– Ещё мыло по акции. Или тоже не пользуетесь?
Нерв сдавил глотку. Потенциальный покупатель кашлянул.
– Уже есть, – пробубнил через воротник. Медленно и категорично.
У продавца рожа сморщилась. Глаза закатились за волдыри. Наружу лезет досада – хоть распродажей язви, не отпускает из оков фронт. Не скоро закончится капитальный ремонт.
Отягощенный участью, скриптёр пустил смочный вдох, оттого как мерным шагом ползёт бренный народ. По пути привлёк хриплый голосок, будто бюджетный робот издал щебеток:
– Я вижу твой размер, милок. Примеришь пуховичок?
Наполненные ватой, смялись пуховики. Не первый день друг на друга в стопку прилегли. А над ними старуха – худая и иссохшая, только до пенсии дожила. При себе не гроша. Ведь не положено, чтобы в копилку было не вложено. Если век свой нажили, пока кожу да кости изнашивали, не жалей перечисленного, а то пожалеешь, что было мало начислено.
В общем, мертвецы точно завидуют молча.
– Одеваюсь по погоде, – сухо отрезал скриптёр и вжался, как остолоп, в свой фиолетовый гроб. Не повезло норе, в хозяева достался жлоб.
За что на место обитания легло испытание. Решил бог, пора пережить миг истязания! Томя и медленно терзая, возможно из капризов и притязаний, беда забила штыками пол, когда непоседы зажгли пёстрый прибыльный танцпол, когда по ногам прошлись лосинам топотом, а сердце заколотилось с звериным рокотом. Задние ряды навалились стогом, друг за дружкой сжались сотни соломинок. Фиолетовый сатин, пропитанный потом, в осаде зажали, растерли блеск брезентовый и свирепо пальцами смяли. Мешок впопыхах залез на голову и обхватил лямками. Теперь на шеи мартышка, которая душит тонкими лапками.
