— Все равно другого выхода у нас нет. Надеюсь на тебя, Владимир. В семь ноль-ноль. И ни минутой позже. Если ты опоздаешь, меня ты больше никогда не увидишь.
— Петр Петрович! — взмолился Вовка. — Я, конечно… Я постараюсь, но…
— Что «но»? Какие могут быть «но», когда ты договариваешься с генерал-лейтенантом, хотя и в отставке? Если ты и его подведешь, то кто же тебе вообще будет верить?
— Хорошо, хорошо, Петр Петрович, — пробормотал Вовка, — не беспокойтесь. Я постараюсь, я изо всех сил постараюсь. Все будет в порядке.
— Тогда будь здоров, Владимир. До завтра. Вот тебе абонемент.
Вовка поблагодарил, попрощался и смотрел вслед, пока Петр Петрович не скрылся за углом.
На другое утро Вовка проснулся в девять тридцать. На условленном месте генерал-лейтенанта в отставке Самойлова Петра Петровича не было.
Варшава — столица Польши — была захвачена фашистами еще в 1939 году. Гитлеровские варвары почти поголовно истребили население Варшавы, а когда вынуждены были отступить, превратили этот прекрасный город в развалины.
Войска 1-го Украинского и 1-го Белорусского фронтов все ближе подходили к польской столице.
Фашисты прекрасно понимали, что успех в этих боях открывает Советской Армии дорогу на Берлин, и сражались с отчаянием обреченных. Но Советская Армия неудержимо шла вперед. Наконец, совершив глубокий обходной маневр, войска вышли в район города Сохачев. Теперь с северо- и юго-запада они угрожающе нависли над варшавской группировкой фашистских войск. И фашисты отступили. 17 января 1945 года 47-я и 61-я наши армии и 1-я армия Войска Польского вошли в Варшаву.
В числе советских воинов, которые первыми форсировали реку Вислу, чтобы прийти на помощь истерзанной Варшаве, был и лысьвенец А. Каменский. Он был ранен еще во время переправы, но не покинул свое отделение до тех пор, пока бойцы не закрепились на левом берегу Вислы, пока на захваченный ими плацдарм не высадились основные наши силы.
Варшавяне с радостью встречали советских воинов-освободителей.
Мне было лет двенадцать, когда отец первый раз взял меня на охоту. Помню, рано утром будит:
— Собирайся!
От радости я ног под собой не чуял, пока до леса шли. Свернули на тропинку. Отец сказал:
— Идем искать тетеревиный ток.