— Значит, вы ищете недостающие пазлы картины мира? И никаких происков Холдинга?
Нет, они точно испытывали моё терпение.
— По-моему, так я и сказал. Или каждое предложение стоит повторять дважды?
— Не стоит, мистер Трэпт, — вмешался более молодой голос. — Мы проверим информацию, но многое уже знали и до этого.
— И вот вам первый из искомых пазлов, — включился ещё один, — учёные, на которых так рьяно охотятся по всей Э-Системе, имеют к нашим исследованиям лишь косвенное отношение.
Хороша нажива, но я старался сохранять ясность мышления. Тут же вспомнился недавний разговор с первой троицей магеллановцев. «Чем глубже они заблуждаются, тем лучше для нас».
— Вы использовали их как отвлекающий манёвр? — спросил я.
— И манёвр сработал, — последовал ответ. — Мы отвлекли внимание от планеты, рассыпав вдали фальшивые игрушки.
Будь возможность, я бы укоризненно покачал головой, но пришлось ограничиться голой морализаторской фразой:
— Значит, к своим сотрудникам вы относитесь, как к фальшивым игрушкам? Я не стану подписывать с вами контракт.
— Он вам и не потребуется. Задание из тех, где нужны контракты.
— Всё настолько ужасно?
— Вероятность успеха двадцать процентов.
Шикарные шансы. Разве я не должен был привыкнуть к подобным вероятностям успеха?
— С добровольцами у вас недобор, — предположил я, — поэтому вы используете любого подвернувшегося бедолагу?
— Далеко не любого, — возразили мне. — И не стоит так прибедняться, мистер Трэпт. Именно ваши навыки агента сделали из вас подходящего кандидата на роль червя.
— Червя? Полагаю, без навыков мне бы жилось проще.
— Они же могут вас и спасти. Нет смысла бросать в водопад не умеющих плавать щенков. Они ведь всё равно не выберутся. А вот вы — другое дело.
Мне польстило признание таланта выкручиваться даже из безнадёжных передряг.
— Ладно, раз уж моё мнение не учитывается, может, перейдём сразу к делу?
На несколько секунд в зале повисла тишина.
— Мы передадим вас под начало полковника Парсона и доктора Джудо. Они работают в аномальной зоне, где ведутся исследования обнаруженных артефактов.
— Мы уверены, там вы найдёте все недостающие пазлы для вашей картины, — на этой оптимистичной ноте меня отключили лёгким уколом в шею.
Полковник Парсон походил на бульдога, которому вкололи пять кубиков тестостерона. Его глаза, как и он сам, постоянно бегали туда-сюда, подгоняли подчинённых и искали косяки в упорядоченном рабочем процессе. В полевой лаборатории, возле которой мы находились, царствовала доктор Джудо, но вокруг лаборатории была вотчина полковника. Именно он решал, кого впускать за тяжёлые бронированные двери.
Мы стояли втроём в пустыне, под палящим светилом Криопсиса: я, Мойвин в теле «запаски» и неизвестный мне парень лет двадцати с небольшим. И ещё два охранника по бокам. Вопреки ожиданиям, Захар не стал напоминать мне о проколе с Кравицем, хотя проколом я это не считал. В любом случае, «Магеллан» использовал бы нас по своему усмотрению, а усмотрения у него, как я понял, за гранью цинизма.
Парсон закончил с раздачей указаний и подошёл с выражением лица, будто кто-то из нас спалил его дом.
— А вот и новые черви, — сказал он и тут же повеселел. — Я ознакомился с вашими досье. Разберёмся сразу с сантиментами: никто вас не спасёт. Там, куда вы отправитесь, всё будет зависеть только от вас. Мне глубоко плевать на ваши жизни, но мне платят за то, чтобы черви возвращались.
— Обнадёживающая речь, — буркнул я, воспользовавшись паузой. И получил болезненный тычок в бочину от охранника.
— Она только началась, Трэпт. В этой лаборатории, — Парсон указал себе за спину, — собраны главные находки «Магеллана». Мы называем их цифрофагами. Они частично напоминают саркофаги и огромные циферблаты.
— А действуют так же, как и малые циферблаты? — рискнул спросить я. На удивление, нового тычка не последовало, и полковник ответил спокойно, словно ожидая от меня подобного вопроса.
— Не совсем. Но хорошо, что ты наслышан о наших ранних находках, некоторые из которых успели украсть засланцы «Долгого рассвета». С тех пор у нас жёсткий карантин.
— Ясно, так что с цифрофагами? — напомнил я.
— Они позволяют перемещаться в пространстве-времени, — сказал Парсон. Коротко и со вкусом.
— Значит, слухи правдивы? — ожил Мойвин.
— Частично. Всё не так просто, как представляется. Теоретически заправленный меллиумом цифрофаг может переправить разум в любую точку пространства и времени, но вопрос в возвращении.
— А что такое меллиум? — решил не отмалчиваться и третий юноша.
— Меллиум — это мощнейшее и опаснейшее вещество, топливо, — пояснил полковник и скрестил руки за спиной. — Про исчезновения целых исследовательских групп вы наверняка наслышаны. — Мы синхронно кивнули. — Так вот, всё это результат контакта с незащищённым меллиумом. Внешне он практически неотличим от смеси ртути и едва влажного песка. — Парсон криво улыбнулся. — А мы в пустыне, где сплошь песок. Для поиска артефактов приходилось вести раскопки. Потери были неизбежны.
