– Есть, – спокойно возразил Астахов и пояснил: – Знаешь, побеждать все любят, и если бы мы сейчас не сидели в окружении, а воевали где-нибудь в Польше, думаю такого бы не было…
– По-твоему что, выходит, они бегут из-за нашего отступления? – искренне удивился Бахметьев.
– Скорей всего, – глухо отозвался Астахов и молча зашагал дальше.
Бахметьев, поглядывая по сторонам, вдруг заметил совсем рядом с тропинкой полуприкрытые жухлыми листьями несколько желтоватых шляпок и обрадованно позвал товарища.
– Капитан, да тут грибы есть!
– Где? – быстро спросил Астахов и сразу пошёл к Бахметьеву.
С питанием у них было худо. Скудные запасы кончились, в разбитых машинах еды как-то не попадалось, а напрашиваться к селянам не желали ни тот, ни другой. Именно поэтому Астахов, едва Бахметьев показал ему найденные грибы, принялся носком сапога отбрасывать листья в стороны и, замечая жавшиеся друг к другу маслянистые шляпки, воскликнул:
– Да тут грибная поляна!
Грибов действительно было много. Присмотревшись, Бахметьев тоже увидел частые гнездовья и сокрушённо заметил:
– Так нам же их набрать не во что…
– Не боись, артиллерия, пехота своё дело знает, – преувеличенно весело отозвался Астахов и, срезав длинный упругий прутик, стал одни за другим нанизывать на него грибы.
Бахметьев тут же последовал его примеру, и через десяток минут всё на поляне было собрано, а в руках у командиров оказались две увесистые низки. От удачно найденной богатой грибницы Астахов и Бахметьев уходили довольными. Теперь у них был какой-никакой запасец, достаточный, чтобы немного поддержать силы. Правда, сколько ещё предстоит топать, они не знали, но надеялись, что удастся благополучно выйти из окружения…
Прошагав лесом километра три, они неожиданно вышли к хорошо накатанному грейдеру. Внимательно рассматривая из-за деревьев дорогу, Астахов и Бахметьев пытались определить, где находятся. Имевшаяся у них карта помочь уже не могла, так как они давно вышли из обозначенного на ней района. Приходилось гадать, что это за грейдер и можно ли им воспользоваться. Соблазн был велик. На дороге, ясное дело, имелись указатели, а с ними и возможность определиться.
Опасаясь сразу выходить на открытое место, Астахов придержал товарища, и они оба какое-то время следили за дорогой. Там вроде никакого движения не было, но как только они собрались оставить опушку, откуда-то со стороны донёсся треск мотоциклетных моторов. Мотоциклисты явно приближались, и Астахов с Бахметьевым поспешили укрыться. Сделали они это вовремя. Через каких-то пять минут на дороге показался пяток тяжёлых мотоциклов с пулемётами на колясках.
– Не иначе головной дозор, – сдавленно сказал Астахов и, заметив, что сидевший в коляске пулемётчик, чего-то явно опасаясь, направил ствол в их сторону, приник к земле.
Казалось, немец вот-вот даст очередь, и Бахметьев, тоже на всякий случай пригибаясь пониже, спросил:
– Это что, разведка?
– Не думаю, – ответил Астахов и, увидев, что мотоциклисты не собираются останавливаться, предположил: – Скорее сторожевое охранение.
Капитан не ошибся. Едва только мотоциклисты проехали, как на дороге показались автомашины, и мимо лежавших на опушке командиров потянулась длиннющая колонна грузовиков с пехотой, в голове которой катили два больших трёхосных броневика. Астахов с Бахметьевым напряжённо следили за всей этой силищей, и только когда последний грузовик, оставив за собой синий дымок газойля, проехал, капитан посмотрел на товарища.
– Да, старлей, не иначе немцы фронт уплотняют…
– Ага, а вот мы с тобой, капитан, похоже, в мешок угодили. – И, поднимаясь с земли, Бахметьев зло выматерился.
– Чего зря ругаешься? – упрекнул его Астахов. – Мы с тобой давно в этот мешок угодили. Теперь думать надо, как выбираться будем.
– Я так считаю, – Бахметьев взял себя в руки и сосредоточился. – Надо прикинуть, есть ли поблизости место, где сплошной фронт создать трудно.
– Да есть такое, – Астахов наморщил лоб, вспоминая карту. – Вот только чёрт бы его брал, далековато…
– И то хорошо. А отсюда один чёрт уходить надо, – и Бахметьев, ещё раз глянув на дорогу, проверяя не едут ли немцы, пошёл обратно в глубь леса.
Оставив за спиной грейдер, Астахов с Бахметьевым углубились в чащу и какое-то время шли прямиком, прежде чем наткнулись на тропинку, которая вывела их к маленькому водоёму. Увидев его, Астахов остановился и предложил:
– Старлей, давай тут задержимся, жрать зверски охота…
– Да, место подходящее, – согласился Бахметьев и, наклонившись к воде, принялся старательно мыть снятые с прутика грибы.
Капитан, оставив товарищу и свою низку, обошёл водоём кругом, вернувшись с целой охапкой хвороста. Бахметьев ещё домывал испачканные землёй ножки, а Астахов уже разжёг костерок и, выбрав две крепкие палочки, заострил каждую с одного конца. Затем, перебрав вымытые Бахметьевым грибы, капитан нанизал их на палочки и, отдав одну товарищу, стал медленно крутить свою над огнём. Бахметьев сделал то же самое, и они молча занялись готовкой.
