— Простите, хозяин, — в дверях стоял слуга. — Там к вам пришли. Я уже проводил в кабинет.
Сен- Круа кивнул.
Слуга ушел и Годен вернулся к кровати. Мари- Мадлен все так же спала, не побеспокоенная ничем. Одевшись, мужчина покинул комнату. В кабинете его ждала женщина. По внешнему виду в ней легко было узнать обитательницу Двора чудес.
— Господин, — сделала неуклюжий реверанс женщина.
Сен-Круа слегка кивнул.
— Мне сказали, что вы платите за информацию о мадам Моран?
— Да, — лицо мужчины осталось невозмутимым, но во взгляде появился огонек интереса.
— Сколько заплатите? — покосилась на него нищенка.
— В зависимости от ценности информации, — сложив руки на груди, проговорил мужчина.
— Нет, так не пойдет, — решительно помотала головой женщина. — Знавала я таких. Свое получишь и выкинешь, поди, докажи потом…
Мужчина нахмурился: наглость бездомной была просто возмутительной, и Годен знал, что стоило ему только припугнуть бродяжку, как она тут же выложит все, что знает, и даже без вознаграждения, но тогда в следующий раз соваться во Двор чудес за помощью будет опасно — можно будет запросто получить нож в спину в одном из темных переулков… Так что без лишних слов мужчина подошел к одному из шкафов, достал оттуда небольшой мешочек и небрежно кинул его женщине.
Она, не стесняясь, раскрыла его и наспех пересчитала монеты.
— Расскажешь что-нибудь интересное — получишь вот это, — он подкинул на ладони еще один мешочек, в котором звякнули монеты, — но, если ты решила меня обмануть… — в голосе Сен-Круа зазвучала угроза.
— Что вы, господин, — поспешно запихивая деньги за корсаж, самым смиренным тоном произнесла гостья. — Один мой знакомый, который раньше был в банде Каламбредена, рассказывал мне, что она была «маркизой» их бывшего главаря. Так вот, когда Каламбредена подстрелили фараоны на ярмарке, эта «маркиза» и пропала.
Сен-Круа нахмурился. Он видел мадам Моран и знал, что таким благородным дамам положено танцевать в Версале, а не быть любовницами бандитов и бродят, но так или иначе, мадам Моран была лишь шоколадницей с тёмным прошлым.
— Что-то ещё? — посмотрел Годен на женщину.
— Нет, — немного подумав, ответила она. — Больше ничего.
— Этого слишком мало, — покачал головой мужчина, пряча мешочек с деньгами назад.
— Подождите, господин! — воскликнула бродяжка. — Я могу привести его к вам. Он тоже не откажется от звонкой монеты. И расскажет вам все.
Сен-Круа задумчиво посмотрел на женщину перед собой, а та с мольбой и алчным огоньком в глазах смотрела на него.
— Хорошо, — согласился Годен. — Приведешь его завтра.
— Да, господин, — поклонилась женщина.
— А теперь пошла вон, — махнул он рукой в сторону двери.
Бродяжка с прытью, с которой обычно удирала от полицейских во время облавы, ринулась из кабинета. В дверях ее перехватил слуга и проводил до двери, зорко следя, чтобы ушлая нищенка не стащила ничего по пути.
Сен-Круа, проследив, чтобы гостья без происшествий покинула его дом, вернулся в комнату. Мари-Мадлен все также спала. Мужчина разделся и лег рядом, наблюдая за спящей.
Женщина потянулась с грацией дикого животного и открыла глаза.
— Годен?
— Да, дорогая? — улыбнулся ей мужчина.
— Я долго спала?
— Нет, ровно столько, чтобы я успел завершить все свои дела, — нежно погладил руку женщины Сен-Круа.
— Дела? Какие дела? — придвинулась к мужчине любовница.
— Связанные с вашей подругой, мадам Моран, — продолжая обдумывать слова нищенки, ответил Годен.
— Вы думаете, она представляет для нас угрозу? — вздрогнула Мари-Мадлен.
— Не знаю, — прижимая женщину к себе, ответил Сент-Круа. — Просто у нее слишком много тайн. Это меня беспокоит, но вас, моя дорогая, — обхватив рукой талию Мари-Мадлен, мужчина прижал ее к себе еще теснее, — это не должно волновать. Особенно сейчас.
Женщина подалась вперед, жадно приникая к его губам.
Кантор сидел на подоконнике в одной из галерей отеля и перебирал небольшие разноцветные камушки, что нашел в саду. Некоторые из них были черными, другие зелеными, третьи сверкали радужными разводами или блестели искорками на свету. Теперь мальчик знал, что такие камни называются минералами и в некоторых из них содержались частицы металлов. Все это им с братом рассказал колдун. Они приходили к нему с Флоримоном ещё несколько раз. Несмотря на то, что однажды их отсутствие заметила Барба и они получили нагоняй, хотя так и не признались, где были, дом таинственного незнакомца притягивал их, словно магнит.
От воспоминаний мальчика отвлек звук шагов. Он обернулся и увидел Анжелику в богато украшенном платье, в котором она смотрелась прекрасным сказочным созданием, феей или заколдованной принцессой из сказки.
— Мама, — улыбнулся ей Кантор.
— Хороший мой, — погладила сына по светлым локонам Анжелика. — Ты здесь один?
— Флоримон занимается фехтованием, — пожал плечами мальчик. — Матушка, вы куда-то уезжаете?
Кантор смотрел на неё с такой надеждой во взгляде, что на секунду Анжелике захотелось остаться дома, но на приёме должен был появиться Филипп, а она не видела и ничего не слышала о нем уже целую неделю.
