… Мой братик, глухой, страдающий эпилепсией и детским церебральным параличом, именно в школе получил большинство знаний об окружающем его мире. Он умеет, хоть и не любит, читать. Он может написать элементарные слова. А самое главное, он может более-менее понятно вслух проговорить предложение и не потеряться, оказавшись в незнакомом пространстве и с незнакомыми людьми.
Меня первое время удивляло, когда после окончания школы брат стал самостоятельно передвигаться по городу, ездить в метро и в электричках, автобусах на дальние расстояния. Он, вместе со школьными друзьями, устраивает свои уличные «вечеринки», и в своем кругу совершенно не чувствует себя ущербным. Благодаря тому, что интернет пришёл буквально в каждую городскую квартиру, Данила, живущий на окраине Петербурга, может общаться в социальных сетях и погружаться в виртуальную реальность.
В 2014 году мама позвонила мне в монастырь, и попросила помолиться о новопреставленных Елене и Татьяне. Елена Анатольевна Ходакова была Данечкиной классной руководительницей и любимым учителем многих ребят. Вместе с коллегой Татьяной Владимировной Ланевской она решила на выходные впервые в жизни поехать в соседнюю Финляндию: прогуляться по Хельсинки, сходить по магазинам, расслабиться после трудовой недели.
На трассе «Скандинавия» произошла страшная автомобильная авария, в результате которой погибло десять человек. С микроавтобусом, в котором ехали Елена с Татьяной и другие пассажиры из-за сильного гололёда столкнулся лесовоз, водитель которого тоже погиб. Если я и подобные мне далёкие от школы люди глубоко переживали трагедию, то так себя должны были ощущать коллеги и ученики? Ребята плакали, рыдала вся школа, коллеги не могли поверить в случившееся, в то, что Елена Анатольевна и Татьяна Владимировна больше никогда не войдут в класс и в учительскую. Царство Небесное вам, Елена и Татьяна!
Тогда, на последнем звонке, Данилка попросил меня сфотографировать его с Еленой Анатольевной, поймал её, куда-то торопящуюся. Она, увидев своих красавчиков Башира и Даньку, принаряженных, подстриженных, расцвела в улыбке. По-матерински обняв братика, она посмотрела в фотокамеру и, словно на крыльях, помчалась дальше.
Через несколько минут по команде все выпускники были выстроены на пришкольном стадионе, им раздали белые шары как символ надежды и чистоты. Кто-то из учителей подал сигнал и, под торжественную музыку, шары взлетели в небо. Они долго летали над школой, над небом Петербурга. Какие-то шарики зацепились за антенны на крышах домов, какие-то унесло дальше и ввысь.
… Храни вас Бог, выпускники. Непросто вам жить в мире! Вспоминайте свою родную школу и учителей, так много вам давших, чаще. Вспоминайте её и тогда, когда на душе станет темно и тесно от обид, нанесённых вам равнодушным миром и низкими людьми. Вспоминайте те белые шарики!
***
Никогда не забуду, как, оказавшись в Екатеринбурге на одной из центральных улиц, увидела молодого человека с тростью, потерявшего ориентацию на шумном перекрёстке. Я взяла его под руку и спросила, куда его отвести. Ответ Александра Меньшикова, так звали моего визави, меня сильно удивил.
— Я иду в спортивный магазин записываться на соревнования по лёгкой атлетике!»
— ?!
— Я слепой с детства, но это не мешает мне жить полноценно! Недавно я получил награду за спортивные достижения из рук президента. Занял первое место в регионе по бегу. А в свободное от спорта время хожу в детское отделение больницы, где делаю массаж грудничкам. Это моя вторая профессия. А есть ещё и третья, я психолог.
— Александр, Вы счастливы?
— Да. У меня есть всё, о чём я не мог и мечтать. Любимая жена, интересная профессия, спорт, своя квартира, общественное признание и уважение.
— Наверное, и трудности бывают?
— Как же без них. Недавно я шёл по улице. В левой руке нес телефон, использую его вместо навигатора, а в другой — трость. Какой-то подонок толкнул меня и выхватил мобильник, рванулся. Думал наверное негодяй, что ему с рук сойдёт слепого обокрасть. А я как припустил за ним, налетел, руки ему заломил, чуть не сломал. Вместе с прохожим скрутили подлюгу и в милицию сдали. А так я и не припомню больше неприятностей.
— Саша, как же Вас воспитывали, откуда Вы стали таким независимым и целеустремлённым?
— Честно говоря, про детство не люблю рассказывать. Я из Оренбурга. Родители меня при первой возможности отдали в интернат, забирали с субботы на воскресенье и высказывали всякое. Чувствовал: не любят, стыдятся. Перестал домой приходить.
И в интернате шпыняли, издевались. Причём не свои пацаны, а пара воспитателей была таких … мерзость — добивали морально, тыкали: вы «овощи», из вас ничего не выйдет, будете у государства на шее до смерти.
А один мудрый учитель попался. Человечище. Отнёсся к нам сердечно. В каждом увидел личность, образ Божий. Перед моим совершеннолетием отвёл в сторону, говорит:
— Саша, я в тебя верю. Учись. Учись и станешь кем захочешь. Ты всего добьешься. А закончишь университет, уезжай отсюда. — Благодарен ему. Послушался. Не жалею.
