Игнатьев сел за свой стол и начал оформлять документы по данному делу об убийстве полицейского. Ведышев Руслан. Вердикт, который ему вынесут – виновен. Он трижды содержался под стражей на пятнадцать суток. Задерживался полицией после каждой без исключения протестной акции. Близко знаком с каждым оппозиционным лидером, числится в самой многочисленной молодежной протестной группе «Красная бригада» – единственной леворадикальной организации, которую, по мнению общественности, правительство страны воспринимает как угрозу стабильности действующей политической системы. По общедоступной информации известно, что данная организация насчитывает пять тысяч членов, но ходят слухи, что данная цифра занижена минимум пятикратно. Руководит этой экстремистской подпольной группировкой невидимый человек, известный лишь по псевдониму как Круглый. Все допрашиваемые в рамках поиска лидера «Красной бригады» повторяют как один: «Я с Круглым не знаком. Я его в глаза никогда не видел. Даже и не догадываюсь, кто он». Ведышев может сколько угодно на суде утверждать, что его заставили на это пойти правоохранительные органы, что его подставили, но никогда не воспримут это за правду из уст такого человека – приверженца смены власти.
«Вась, скажи, зачем ему врать?», – спрашивал он сам себя.
«Делай свою работу и не думай о лишнем», – ответил его внутренний голос.
«Красная бригада» кроме как на пропаганду и выкрикивание лозунгов больше ни на что не годны. Да и не делали ничего криминального никогда. Решили вдруг перейти к более радикальным действиям? Кидать коктейли молотова для «Красных» – это на них не похоже».
Игнатьев встал и уперся лбом о стену. В слепую нащупал на краю стола пачку сигарет и закурил. Если «Бригада» все же перешли черту и стали действовать такими методами, то это приведет к невыносимому рабочему графику – основную активность эта группировка проявляет именно в его городе.
Андрей сидел у себя в гостиной и за чашкой кофе читал в интернете новости. Он, как почти каждое утро, убивал время, протекающее между утренней зарядки (сто отжиманий, сто скручиваний, пятиминутная планка, сто приседаний с гантелями) и моментом, когда по звукам из спальни поймет, что его девушка Даша проснулась. Хоть и ложились спать они вместе, но Андрей почти всегда просыпался на пару часов раньше, и, как услышит, что Даша уже встала с кровати, будет готовить завтрак.
Читая статью о вчерашней уличной акции, он не обратил внимания на проходящую мимо него Дашу, он все еще негодовал – как могло вообще пройти это мероприятие, и он не знал о ней заранее. Как вообще акция протеста в этом городе могла пройти без его ведома? Сначала ему пришла мысль, что кто-то из Координационного совета оппозиции хочет отодвинуть его на второй план, но это показалось нелогичным – все члены совета знают, что с Белогородцевым акция в этом городе будет значительно многочисленней. Ему сообщили только с места уличной акции. «Мы у администрации. Давай к нам». Конечно, он не пошел.
И как только Дрон проснулся, он сразу схватился за планшет читать сводку новостей. В каждой статье была своя правда, но изучив все, он, основываясь на собственном опыте, сделал заключение, что в акции участвовало полторы тысячи человек. Один журнал, правда, привел цифру «не менее двух тысяч», но Дрон сразу понял, что репортер недалекий – большая масса народа сначала кажется огромной, намного больше, чем в реалии. Со стороны митингующих порядка пятидесяти человек задержано.
