Даже не сказал ничего хорошего на прощание. Даже с места не сдвинулся, когда я сообщил, что сваливаю. Глупо это всё было – надеяться в душе на то, что нас могло связывать что-то большее, чем просто ебля.
Партнёрство, блядь. Это ж смешно.
О чём я думал, когда решил трахнуть его? О том, как пиздато быть сверху – как кайфово вставлять самому, а не когда ебут тебя. Да, наверное, я мог понять, почему он отказал мне, и в какой-то степени считал ситуацию наиглупейшей. Сейчас этот момент казался таким никчёмным, неважным – нужно ли было из-за этого спорить?..
До дороги дошёл быстро, или просто в мыслях своих заблудился и не заметил пролетевшего времени. Вот так всегда: тебе только семь и ты пошёл в первый класс, а потом, спустя два промелькнувших десятка лет, сидишь на героине, желая побыстрее сдохнуть.
Хотел ли я жить сейчас? Не особо. Что собирался делать? То же, что и делал до встречи с Бесом. О чём думал я, когда согласился принять его помощь? Тварь, сука, еблан. Что за жизнь такая, что нам суждено было встретиться вновь?! Лучше бы не было ничего, или вовсе бы я не рождался…
– Подвезти? – водитель опустил стекло и посмотрел на меня, противно улыбаясь. – Такого красавчика бесплатно докину куда угодно.
Сел в тачку и всю дорогу молчал, глядя в окно, пока мужик подбивал клинья. Уже в городе, когда, припарковавшись у остановки, он предложил поебаться и даже приплатить мне за секс, я открыл рот. Чтобы на хуй говнюка этого послать.
– Я тебя что, просто так вёз? – повысил он голос, но я уже покинул салон. Пусть хоть заорётся, плевать.
До квартиры Ромы добрался быстро – чтобы документы свои у него забрать; но хата оказалась опечатанной, а соседка, пожилая бабуля, выносившая мусор, сказала:
– Снаркоманился прощелыга, похоронили уж недели полторы как.
Пришлось ждать, пока она спустится и выйдет из подъезда, чтобы достать запасные ключи из почтового ящика, которые Рома держал там “на всякий случай”. Всё сделал тихо, паспорт свой нашёл быстро и минут через пять уже шёл в сторону парка.
Почему-то я не злился на Рому, мне даже в какой-то степени было жаль его. Он всегда был так уверен в себе, он был… молод. И передоз убил его. И меня убьёт, но я ведь этого и хотел, верно? Какая разница, когда подыхать – сейчас или завтра, или через год, измученным, высохшим и окончательно потерявшим человеческий облик? Бедненький, несчастненький, я буду валяться в луже своего дерьма и извиваться под смертельной дозой героина – я к этому иду. О да, картина будет та ещё, хорошо хоть Костя не увидит этого. Бес не увидит этого. Пошёл он, урод, пусть засунет свою гордость в задницу…
Уже когда темнело, я, бесцельно шатаясь по городу, вспомнил, как Рома говорил о каких-то приятелях – о том, что они барыжат всякой всячиной, что живут почти в центре, и двери их дома всегда открыты для него. На удивление, я смог вспомнить адрес и добрался до ребят без проблем. Никто не спросил, кто я – пустили в квартиру, заваленную обдолбанными подростками, и сами почти сунули в руки наркоту.
– Понюхать? – парень говорил с моим лбом, не мог сфокусироваться на глазах.
– Героин есть? – я знал, что мне было нужно. Доза – двойная, чтобы пустив её по вене, забыть нахрен обо всём, навсегда.
– Этого говна хоть отбавляй. Даже шприцы новые валяются, в столе посмотри. – сказал он и, упав на диван, включил телик. – Деньги-то есть? – он посмотрел на меня, а потом махнул рукой. – Ладно, но потом с пустыми руками не приходи. Либо деньги, либо бухлом хотя бы…
Я был предоставлен сам себе, и стало смешно от того, как просто я смог достать дозу. Героин сам шёл ко мне. А я пришёл к нему. Струсил потому что, лох. Убежать от реальности решил. Отлично – нахуй она мне, реальность эта, в которой я ни пришей, ни пристебай? Никого нет, а Бесу я не нужен.
Я не нужен ему. Не “даже ему”, а просто “Ему”. Наркоман, неудачник, пожелавший вдруг ведущей роли, партнёрства. Слабак. Ничтожество.
– Выпить есть?
– В холодильнике пиво, – ответил парень, не отрываясь от передачи новостей.
Война, убийства, наркота – везде одно и то же. Разве нет на Земле такого места, где спокойно и тихо и не нужно думать о том, что будет завтра? Вероятно, самый верный, правильный вариант – это смерть. Там-то точно тихо, за этой гранью, там можно не думать.
Открыл ящик стола, подцепил чистый шприц и пакетик с героином и пошел в кухню: не смогу я так просто взять и убить себя. Выпить нужно предварительно.
Первую бутылку пива всосал за несколько минут, только успевал окурки в пепельнице тушить. Вторая пошла ещё легче, но решимости не прибавлялось – наоборот, таяла она, как снег весной.
Как же я жалел обо всем. О каждой сраной мелочи вытворенной в жизни жалел, о каждом человеке, покинувшем меня, и о тех, кого я бросил сам. И теперь остался только Бес, только он один в моей жизни и никого больше…
