– Через это кольцо, – промурлыкал Себастьян. Перед глазами Клэри встала Королева и зазвучал ее сладкий высокий голос: «Джонатан Моргенштерн может стать могущественным союзником – если только я до этого не сделаю его врагом. Зачем подвергать его опасности или рисковать вызвать его гнев без всякой для нас выгоды? Честный Народ – народ очень древний; мы не принимаем поспешных решений, а ждем, пока не выяснится, куда ветер дует». – Ты что, правда думаешь, что она позволила бы тебе наложить руки на что-то, через что ты могла бы связываться со своей маленькой милой компанией – а она при этом не могла бы подслушивать? С тех пор, как я его у тебя забрал, я говорил с ней, а она со мной – ну и глупо же ты поступила, что доверилась ей, сестричка. Она любит быть на стороне победителя, наша Благая Королева. А победителями будем мы, Клэри.
Он вновь поймал ее за запястье и притянул к себе.
– Все решения Джослин были ошибочны. Она приняла сторону Конклава против своей семьи. Вот твой шанс исправить ее ошибку.
Клэри попыталась высвободить руку.
– Пусти меня, Себастьян. Я серьезно.
Его рука скользнула выше, пальцы обхватили предплечье.
– Ну ты и штучка. Кто бы мог подумать, что ты такая пылкая? Особенно в постели.
Она вскочила на ноги и отпрянула прочь.
–
Он тоже встал; уголки его губ поднялись вверх. Себастьян был намного ее выше – почти настолько же, насколько и Джейс. Когда он заговорил, он склонился к ней вплотную, и его голос звучал хрипло и низко.
– Всем, чем отмечен Джейс, отмечен и я, – произнес он. – Вплоть до твоих ногтей.
Он ухмылялся.
– Восемь царапин в ряд у меня на спине, сестрица. Или, скажешь, это не ты мне их оставила?
В голове у Клэри словно раздался приглушенный взрыв – тусклый фейерверк ярости. Она взглянула в его смеющееся лицо и подумала о Джейсе – и о Саймоне, и о словах, которыми они только что обменялись. Если Королева и правда могла подслушивать их разговоры, то, возможно, она и о Глориусе уже знала. Но Себастьян не знал. Не мог знать.
Она выхватила кольцо у него из руки и бросила его наземь. Себастьян вскрикнул, но она уже наступила на кольцо ногой и почувствовала, как оно поддается, как золото рассыпается в пыль.
Он неверяще глядел, как Клэри убирает ногу.
– Ты…
Она размахнулась правой рукой – той, которая была сильнее – и врезала кулаком ему в живот.
Себастьян был выше, шире в плечах и сильнее, чем Клэри, но на ее стороне был элемент неожиданности. Он согнулся вдвое, хватая воздух ртом, и она выхватила у него из-за пояса стило.
И бросилась бежать.
Магнус выкрутил руль с такой скоростью, что завизжали шины. Изабель вскрикнула. Они съехали на обочину, в тень нескольких частью лишившихся листвы деревьев.
В следующий момент двери грузовика уже были открыты, и все принялись неуклюже выбираться на асфальт. Солнце садилось, и дальние фары были включены, подсвечивая их всех потусторонним сиянием.
– Ну ладно, вампиреныш, – сказал Магнус, так сильно встряхнув головой, что посыпались блестки. – Какого
Алек стоял, прислонившись к грузовику, пока Саймон пересказывал свой разговор с Клэри так точно, как только мог – пока все не вылетело у него из головы.
– Она ничего не говорила про то, как их с Джейсом оттуда вытащить? – спросила Изабель, когда он закончил. Ее бледное лицо в желтоватом свете фар было белым-бело.
– Нет, – сказал Саймон. – И, Из… я не думаю, что Джейс хочет, чтобы его вытаскивали. Он хочет остаться там.
Изабель скрестила руки на груди и уставилась на свои ботинки; черные волосы упали ей на лицо.
– А что за фигня с этим Седьмым Священным Местом? – сказал Алек. – Я знаю про семь чудес света – но семь священных мест?
– Ими больше интересуются чародеи, чем нефилимы, – сказал Магнус. – В каждом таком месте линии силы пересекаются, формируя матрицу – своего рода сетку, усиливающую волшебные заклинания. Седьмое – каменная гробница в Ирландии, в Пулнаброне; название переводится как «пещера скорбей». Она расположена на необитаемой пустоши, известной как Буррен. Если демон большой, то это подходящее место, чтобы его призвать, – он потянул себя за торчащую прядь волос. – Это плохо. Очень-очень плохо.
– Думаешь, он это может? Сделать… темных Сумеречных охотников? – спросил Саймон.
– Все чему-то принадлежит, Саймон. Нефилимы принадлежат небесам, но если бы они принадлежали демонам, они были бы не слабее и обладали бы не меньшей властью, чем сейчас. Но они посвятили бы себя уничтожению человечества вместо его спасения.
– Мы должны попасть туда, – сказала Изабель. – Должны им помешать.
– «Ему», ты хотела сказать, – поправил Алек. – Мы должны помешать ему. Себастьяну.